— Мы их обучим. Это не должно вас тревожить. Мне нужны надежные люди, знакомые о обстановкой в России.

Подумав, Накамура сказал:

— Несколько человек есть в организации Родзаевского. Они бывали на той стороне, проверены на боевых делах. Люди решительные.

— От Родзаевского не годится. Там все засвечены, их знает ГПУ. Много людей из «Русской фашистской партии» попало в плен к советским пограничникам, и, видимо, кое-кто рассказал все, что знает. ГПУ хорошо информировано об участниках этой организации, это мне точно известно.

Капитан Осава налил водку в рюмки и продолжал:

— Господин Накамура, я вас не тороплю. Можно этот вопрос решить и завтра. Вы знаете здесь почти всех эмигрантов и, если вспомните кого-нибудь, скажите мне.

Японские офицеры выпили, послушали музыку. Накамура задумался, потом неожиданно спросил:

— Вы знаете Грачева?

— Знаю. Для такого дела он староват.

— Я имею в виду не его лично, а заместителя — Морева. Вы с ним знакомы?

— Нет, но о нем я слышал.

— Морев еще молод, полон сил. Бежал из Советского Союза лет шесть тому назад… Нет, подождите… В 1929 году — семь лет… Как быстро летит время. Так вот, это именно тот человек, который вам нужен. Лютой злобой ненавидит Советскую власть. А там его ждет виселица.

— В Советском Союзе не вешают.

— Ну какая разница — расстреляют.

— Он не согласится.

— В вашей власти его заставить. У него нет другого выбора. И он не предаст.

— Пожалуй! Это кое-что! Как я могу с ним познакомиться?

— Завтра он принесет мне отчет Грачева о поездке на границу. Я могу направить Морева к вам.

— Спасибо, господин Накамура. Я буду ждать Морева в семь часов вечера у себя дома. А до этого, если вас не затруднит, пришлите мне справку о Мореве.

Капитан Осава жил на Мукденской улице в небольшом двухэтажном особняке, в том же доме, где размещалась редакция газеты «Харбинское время». Редакция находилась на первом этаже, а японский разведчик жил на втором. Это было удобно: трудно было проследить, кто идет к Осаве домой, а кто — в редакцию газеты.