Вместе мы придумывали различные истории, ходили по следу «диких зверей», устраивали перестрелку с фашистами. Вечерами строили из конструкторского набора различные модели и, по-моему, с одинаковым увлечением возились с игрушечным электропоездом. Перед сном выходили во двор подышать свежим воздухом.

Когда отпуск у отца заканчивался, каждый день, уходя на работу, он оставлял мне задание по рисованию. А вечерами мы вместе разбирали мои художества. Конечно, с моим приездом забот у папы и Бубы прибавлялось. Перед уходом на работу нужно было успеть купить молочные продукты – магазин открывался в семь утра. Да и после работы пробежаться по магазинам. Первое время снабжение Свердловска по тогдашним меркам было хорошим. Я помню большие жестяные банки с очень вкусными китайскими джемами, китайские яблоки – каждое завернуто в тончайшую бумагу. Но постепенно продуктов становилось все меньше и меньше. Возле магазинов собирались огромные очереди, писали номера на ладонях, а на мясных прилавках лежали кости, похожие на лошадиные мослы. Хорошо хоть Бубе бесплатно выдавали на работе в химической лаборатории молоко, как тогда говорили, «за вредность».

Очень помогали родственники из Грузии. Присылали красную фасоль – лобио, кукурузную муку, из которой Буба пекла на чугунной сковородке душистые, румяные, похожие на маленькое солнышко лепешки – мчади. Ну а нас, детей, больше всего радовали чурчхелы, связки высушенной хурмы – эти лакомства Буба прятала на кухонных антресолях и выдавала только сама. Когда я смог забираться на табуретку и доставать до заветной дверцы, то втихаря устраивал набеги и часто, крадучись пробираясь на кухню, неожиданно сталкивался там с папой. А нас обоих ловила на месте «преступления» Буба…

Если я не ошибаюсь, первым из Тбилиси приехал проведать отца и Бубу наш родственник М.А. Махатадзе. Светлая ему память! Он узнал адрес и однажды возник на пороге, запорошенный снегом, с хурджином за плечами. В то время добраться от Тбилиси до Свердловска и то дело непростое, а ведь отец и Буба находились под надзором, и для дяди Миши это посещение могло иметь самые неприятные последствия. Но грузины никогда не оставляют своих родных, попавших в беду. Махатадзе, Урушадзе, Стуруа, Берия, все помогали отцу и Бубе чем могли – и в уральской ссылке, и после их переезда в Киев.

В Свердловске отца навещал академик Курчатов, приезжали другие ученые. Позднее отец рассказывал, что, находясь в ссылке, не раз замечал, что многие люди раскрылись по отношению к нему только тогда, когда ему было трудно, а при жизни Л.П. держались в стороне, не лезли в друзья, не желая выглядеть подхалимами. Были, конечно, и другие, старавшиеся избегать контактов, тогда как в свое время вели себя совершенно иначе. Коллектив, сложившийся вокруг отца, в подавляющем большинстве состоял из людей не только грамотных и инициативных, но и порядочных.