В Киеве жила Елена Стуруа, позже она переехала в Тбилиси. Мы часто бывали у нее в гостях, иногда и тетя Лена, как мы, дети, называли ее, навещала нас. Вдвоем с Бубой они подолгу сидели на кухне, много курили, вспоминали. Муж Елены Ивановны, дирижер Борис Пономаренко, был директором Киевского театра оперы и балета имени Тараса Шевченко, меня там считали его племянником, и я мог свободно ходить на все утренние воскресные спектакли, а на вечерние Борис Григорьевич приглашал нас в свою директорскую ложу.

Одно лето мы прожили у них на даче в Пятихатках, примерно в тридцати километрах от Киева. Тихое место в чудесном сосновом лесу, рядом речка, на заливных лугах небольшие озерца с прозрачной водой. Маленький уютный деревянный домик шесть на пять метров (по нормам того времени) с небольшой верандой, увитой диким виноградом.

Там вечерами мы с Бубой сидели, ожидая папу, он приезжал из города часов в девять, там же ужинали и играли в подкидного дурака, стараясь слегка обжулить друг друга. Возле домика участок земли, небольшой, но сколько радости он доставлял Бубе. Не было тогда у отца возможности купить дачку, а когда появилась, Бубы уже не было с нами.

После переезда Буба сразу же попробовала устроиться на работу, но ничего не получилось – ее отправили на пенсию. После очередной безрезультатной попытки устроиться, кажется, на завод «Коммунист», он находился недалеко от нашего дома, я впервые увидел на ее глазах слезы. Можно было бы вернуться в Грузию, на родину, и как она хотела этого! Но нужно было ухаживать за нами, вести хозяйство, все домашние хлопоты были на ней, а чувствовала она себя неважно, да и годы не прибавляли здоровья. Но никогда я не слышал от нее ни единой жалобы. Буба мужественно приняла все, что выпало на ее долю, никогда не изменяла своим убеждениям и все свои силы, всю любовь отдавала сыну и внукам.

Иногда к нам приезжали родственники из Грузии: бабушка Ксения – двоюродная сестра Бубы, И.Г. Урушадзе – дядя Илюша. Жил у нас и учился в медицинском институте старший сын дяди Миши – Теймураз Махатадзе. Мы все очень полюбили его, от природы талантливый, он писал чудесные грузинские стихи. Молодой, энергии через край, масса друзей, красивые девушки так и вились возле него. Конечно, он не очень любил посещать лекции и библиотеки. Но во время сессии умел сконцентрироваться и благодаря великолепной памяти сдавал все экзамены. На недоуменные вопросы сокурсников: «Ну как тебе это удается?» – строго отвечал: «Нужно было работать во время семестра!» – и уезжал кутить с друзьями.