Сопротивление Северо-Кавказской красной армии было сломлено. Красноармейцы распылились. На своей русской земле, не смея заходить в станицы, они шли по железнодорожным путям и тысячами гибли от холода, голода и тифа. Так бесславно гибли те, которые еще так недавно громили турецкую армию и штурмом брали Эрзерум.
А. Рябинский БРОНЕАВТОМОБИЛЬ «ВИТЯЗЬ»[326]
БРОНЕАВТОМОБИЛЬ «ВИТЯЗЬ»[326]
БРОНЕАВТОМОБИЛЬ «ВИТЯЗЬ»В бою на ставропольском направлении (31 октября 1918 года) перед селом Пелагиада глухой взрыв и поднявшийся к небу столб черного дыма возвестили всем о геройской гибели бронеавтомобиля «Витязь».
На нем находились первопоходники: капитан Гунько, дроздовец, командир машины; унтер-офицер вольноопределяющийся Николай Назаров, донец, шофер броневика; поручик Орловский, корниловец, наблюдатель и шофер заднего руля; подъесаул Борис Федосенко, корниловец, пулеметчик на правой башне; подпоручик Безклубов, корниловец, пулеметчик на левой башне.
Спустя немного времени генерал Врангель препроводил в Штаб Добровольческой армии задержанного на фронте его дивизии бывшего пулеметчика на «Витязе», подъесаула Бориса Федосенко, служившего у красных и перебежавшего на нашу сторону. Федосенко был отдан под суд.
– Доложите суду, – обратился к нему председательствующий, – как вам удалось избежать общей участи команды бронеавтомобиля «Витязь»?
– В этот злосчастный день, – начал свой доклад Федосенко, – мы работали с Корниловским ударным полком, в успехе наступления которого не сомневались. Мы выехали и на максимальной скорости машины быстро проскочили все цепи большевиков; совершенно потеряли зрительную связь с корниловцами. Капитан Гунько хотел, по примеру боев у Белой Глины, Тихорецкой, Армавира и др., влететь в Пелагиаду и, наведя там панику, обратным рейсом действовать в тыл наступавшим большевикам. Противник вел сильный артиллерийский огонь, но вначале нас не обстреливал. А на ружейные пули, как градом колотившие броню машины, мы не обращали внимания. Осколком пули, попавшей в прицел пулемета, я был ранен в щеку.
Множество целей перед Пелагиадой потребовало большого расхода патронов. Густые цепи «товарищей» шли одна за другой. Подавляющая и невиданная доселе численность их была очевидна, но все же у нас всех оставалась уверенность, что вот-вот они начнут если не бежать, то отступать. Мы израсходовали массу патронов. Несмотря на термосифонное охлаждение пулеметов, пар струями выходил из пароотводных трубок. По нас начала бить артиллерия, и мы принуждены были продвигаться вперед скачками. О том, чтобы двинуться назад, и мысли ни у кого не было.