В конце марта, к Пасхе, в дивизион съехались все офицеры во главе с генералом Даниловым, за исключением находившегося на фронте корнета Литвинова 1-го, эвакуированных из Новороссийска за границу ротмистров Одинцова и Полянского и больных тифом корнетов Корженевского и Собинова. Состоялась торжественная заутреня и разговение в Офицерском собрании, на которое были приглашены полковые дамы.

Тяжелое отступление, закончившееся новороссийской катастрофой, отразилось на состоянии духа армии, усталой и измученной. Появилось недоверие к высшему командованию, была потеряна вера в своих вождей и в успех дела; все это создавало тяжелую атмосферу, и надежд на удержание Крыма было мало. С другой стороны, борьба с большевиками из масштаба всероссийского с переходом в Крым стала эпизодом местным, и шансов на выход опять на всероссийскую дорогу было мало.

Собранные на совещание старшие представители Сводно-кирасирского полка, придя к заключению, что падение Крыма не знаменует окончания борьбы с большевиками, и не рассчитывая после новороссийской эвакуации на Ставку, пришли к заключению о необходимости послать офицеров в Сербию и Германию для разведки и выяснения обстановки, с тем чтобы, в случае падения Крыма, на основании полученных данных направлять офицеров в соответствующую страну для продолжения ведения борьбы с большевиками. Предположено было командировать одного офицера в Сербию и двух в Германию. Сверх того, было признано необходимым принять самим меры для вывоза офицеров и желающих солдат. Вскоре после назначения генерала барона Врангеля Главнокомандующим генерал Данилов, поехавший к нему с докладом о делах гвардейской кавалерии, доложил и о предполагаемой командировке за границу, чему Главнокомандующий обещал оказать полное содействие. Однако прибывшие в Севастополь командированные офицеры натолкнулись на ряд препятствий, и после хлопот и переговоров состоялась лишь командировка в Сербию полковника Звегинцова. Командировка в Германию не состоялась вовсе. Относительно мер для эвакуации Главнокомандующий передал генералу Данилову, чтобы полки не беспокоились, ибо нужные меры будут приняты и вывезены будут все.

В конце Пасхальной недели в полк пришла печальная весть о гибели Сводно-кирасирского эскадрона, находившегося на фронте. На рассвете 3 апреля дивизион, занимавший участок сторожевого охранения впереди Перекопского вала, подвергся неожиданному нападению красной кавалерии, обошедшей его на соседнем участке, и почти полностью погиб в неравном бою. Корнет Литвинов 1-й, оставаясь до последнего момента у пулемета, геройски погиб на своем посту, зарубленный красноармейцами. Корнет Пусторослев пропал без вести. Из кирасир спаслось лишь несколько человек. Одновременно были убиты командир эскадрона полковник маркиз делли Альбицци (кирасир Его Величества), штабс-ротмистр граф Толстой (лейб-драгунского полка) и поручик Костин (Конно-гренадерского полка).