Сегодня, господа офицеры, нам предстоит тяжелый день: сейчас мы двинемся в станицу Раевскую, через которую проходит дорога из Анапы в Новороссийск. Так как не исключена возможность стремления противника еще сегодня занять эту станицу, то от вас, господа, требуется особенное внимание. Нам нужно во что бы то ни стало удержать станицу, иначе мы можем потерять Новороссийск раньше, чем сами успеем дойти до него.

Что касается нашей дальнейшей судьбы, то решено грузиться на пароходы для переброски в Крым. Повторяю, господа, сегодня от вас требуется особенное мужество, хотя бы до вечера удержать станицу, так как суда заказаны к определенному сроку, сократить который невозможно… Пехота наша отступает к Тоннельной, и там еще находятся 4 полка Донской дивизии, входящей в состав нашей Конной группы. Поэтому с этой стороны нам опасаться нечего. Вот и все, господа. Прошу вас на места.

То же самое, но в более коротких словах, сказал и полковник Ковалинский солдатам. Его слушали с напряженным вниманием.

Когда мы еще стояли в станице Крымской, до нас доходили сведения, что конницу предполагают направить на Таманский полуостров для переброски на баржах через Керченский пролив в Крым. Казалось бы, что было бы более правильно такое решение, что давало возможность перебросить и лошадей и орудия, чем погрузить только одних всадников, оставив лошадей и орудия большевикам. Но Главное командование иначе решило этот вопрос. Каковы были причины принятия, по нашим понятиям, ошибочного решения – грузиться в Новороссийске, нам осталось неизвестным. Невольно напрашивался вопрос: в чем дело, почему? И если действительно такое предположение существовало и обстановка позволяла выполнить эту задачу, то почему не позаботились о занятии переправы раньше частями конницы для более верного укрепления их за нами? А теперь, при решении идти на Новороссийск, эти переправы тем более должны бы были быть охраняемы нами. Крайне удивляло и то обстоятельство, что 6 дней мы спокойно простояли в станице Крымской, и в смысле подготовки к выполнению нашей теперешней задачи ничего не было сделано.

Вскоре мы выступили в станицу Раевскую и, как только миновали последние натухаевские хаты, увидели двигавшихся нам навстречу лейб-казаков и атаманцев, которые сообщили радостную весть, что конногренадеры благополучно выпутались из окружения и скоро должны будут прибыть сюда. И действительно, не прошло и пяти минут, как из-за бугра показался эскадрон конногренадер. Поравнявшись с ними, мы засыпали их вопросами.

– Все благополучно! – радостно отвечали они. – Все живы и здоровы!