Самым заботливым был Ники, но встречаться с Ним могли лишь урывками, а на официальных церемониях человеческого общения почти не было. Она бы с радостью проводила время с Внуком, милым Алексеем, но Аликс не допускала таких встреч без своего присутствия. Она же мать, и это Ее право.

Невестке, конечно, тяжело. Она такая болезненная. Всё время мучится то сердечными недугами, то ревматическими приступами. Когда Аликс только приехала в Россию, то и тогда уже жаловалась на здоровье, а теперь, после всего перенесенного, самочувствие стало еще хуже. Бедная! Ники так Её любит, и Его глаза всегда загораются радостным огнем, когда видит Её с детьми. Однако ни разу не наблюдала Мария Федоровна, чтобы Аликс в семейном кругу смеялась. Так, иногда проскользнет улыбка, и не более…

Как же они в своё время весело проводили время в своей семье в уютном Аничкове, дорогой Гатчине, милом Фреденсборге. Сколько было шуток, проказ, смеха! Как это было давно и было ли? Было, было! Она всё помнила и часто мыслями и чувствами уносилась туда, где они с Сашей молодые и счастливые. Та старая, милая и неповторимая жизнь походила на сладкий сон, и часто так не хотелось просыпаться и возвращаться в совсем в другой, неуютный мир.

«Ах, когда же, наконец, у нас всё пройдет и чтобы мы могли бы жить спокойно, как все приличные люди! Обидно видеть, как здесь хорошо и смирно живут, каждый знает, что ему делать, исполняет свой долг добросовестно и не делает пакости другим», – восклицала Мария Федоровна в письме Сыну Николаю в октябре 1906 года.

Но и светлые дни Марии Федоровне доставались. Она, как и в молодости, радовалась каждой встрече со своими близкими. Их оставалось всё меньше, и это еще сильнее привязывало к живым. Конечно, дорогая сестра Александра, ее «милая Аликс»! Она так рада была всегда ее видеть, хотя после того, как ее муж в 1901 году стал Английским Королем Эдуардом VII, а она Королевой, некоторые сложности возникали. У них теперь было много общественных обязательств, и с этим приходилось считаться.

В феврале 1907 года Мария Федоровна после 34-летнего перерыва приехала погостить у Александры в Англии. Как всё было трогательно, как все были внимательны. Берти сильно изменился за последние годы: теперь это был серьезный пожилой господин и от былых пристрастий и слабостей не осталось и следа. Вот если бы Саша мог на него теперь посмотреть!

С сестрой они почти не расставались. Через неделю после приезда мать писала Сыну-Царю из Букингемского Дворца:

«Я уже много видела: были в большом госпитале, очень интересно. Александра показывала как настоящий гид Национальную галерею, Уэльскую коллекцию, где самые чудные вещи находятся. Это что-то невероятно красивое. Вообрази, мы были в Виндзоре в день свадьбы милой Аликс – 44 год! Мы поехали на моторе, погода была чудная, солнце грело, всё весеннее, цветы уже вышли, крокусы и другие, трава зеленая, так приятно. После завтрака мы осмотрели весь дворец, и это такое великолепие, что слов нет. Комнаты Аликс удивительно красивы и уютны; впрочем, здесь, в Букингемском дворце, то же самое. Всё так хорошо и артистично устроено. Мы обыкновенно завтракаем и обедаем одни и были несколько раз в театре, что было очень весело и приятно».