Я работал, надеясь, что на основе собранного материала смогу написать книгу о Бангкоке. В конце концов, решил не сокрушаться, а просто написал в издательство Little, Brown and Company, что не смогу предоставить им рукопись. Однажды, вскоре после этого, я пригласил в гости Алека Во. Во время разговора мы дошли до темы заброшенной мной книги, и я спросил, почему бы ему не взяться за такое дело. Эта идея пришлась ему по душе. В итоге он поехал в Таиланд, чтобы написать книгу, которая была закончена и опубликована[585].

Первая книга Мрабета Love with a Few Hairs / «Любовь, когда волосы поредели» вышла в Нью-Йорке и Лондоне, а на ВВС сделали её постановку для ТВ. Это подтолкнуло Мрабета написать второй, более длинный роман под названием «Лимон» / The Lemon. Всю следующую зиму и весну я работал над переводом этого романа. Здоровье Джейн оставалось слабым. В январе я снова отвёз её в больницу в Малаге, где она пробыла до лета. Тем временем Мрабет написал серию рассказов, которые я перевёл, когда у меня появилось свободное время, а Лоуренс Ферлингетти опубликовал их в издательстве City Lights под названием «М'гашиш» / M'hashish.

Единственный опубликованный мной материал, которого я стесняюсь теперь — это уйма «стихов», разбросанных мной (как корм курицам), в небольших журналах в конце 1920-х — начале 1930-х гг. Я считал, что тот период ушёл в прошлое, и вероятность того, что найдутся те, кто помнят эти литературные грешки, становится всё меньше, приближаясь к нулю. Айра Коэн жил в Дар эль Баруде. Он отчаянно старался подружиться с музыкантами из братства джилала. В конце концов, те стали ему настолько доверять, что согласились провести вечером на камеру обряд, где будут входить в транс, во внутреннем дворике его дома. Собралось много людей. Люди в изменённом состоянии сознания не только танцевали, но пили кипяток и ложились на раскалённые угли. Айра попросил Брайона Гайсина и меня записывать звук. Позднее Коэн использовал эти записи, когда готовил к выпуску в Нью-Йорке пластинку под названием Jilala. Это была первая запись марокканской фолк-музыки, изданная в Соединённых Штатах, которую можно было приобрести в магазине (позднее лейбл Folkways издал пластинку с материалом, собранным Кристофером Ванклином.) Представители секты Джилала очень не хотят демонстрировать свои ритуалы евреям, Коэн испугался, что кто-нибудь из марокканцев догадается, что он, так сказать, из правильного лона, поэтому побыстрее отбыл в Нью-Йорк. Перед отъездом Коэн попросил у меня несколько стихотворений для литературного журнала Gnaoua, редактором которого был (первый номер вышел незадолго до этого). Я дал ему пару стихотворений, написанных в Мексике в 1940 г., поводом для которых послужило нападение Германии на СССР[586]. Вскоре Коэн отправил мне экземпляр журнала The Great Society (он его редактировал и издавал в Нью-Йорке). Там Коэн напечатал все стихотворения, которые я ему тогда дал. Потом журнал попал в Лос-Анджелес в руки Джону Мартину, редактору издательства Black Sparrow Press[587]. Джон предложил мне добавить несколько стихотворений и разрешить ему опубликовать их в небольшой книге. Тираж планировался около трёхсот экземпляров, и я решил дать «добро». Восемь такого рода стихов смотрелись вместе органично, и получался маленький сборник. Я назвал его Scenes / «Сцены»[588], так как в нескольких поэмах в первом приближении содержались кое-какие навязчиво преследующие меня сюжетные основы, позднее развитые в моих прозаических произведениях.