В кино, наверное, поставили бы эту сцену совсем иначе – гораздо шикарнее (в последующие годы мое предположение подтвердилось: ставили, и не раз, совсем иначе). А то даже как-то неудобно относить такое по-будничному деловое совещание к «звездным часам». Хотя в действительности – по какому хотите счету – это идут именно они, те самые звездные часы!
Ход этих часов ощущают, наверное, даже самые прозаически мыслящие личности из числа присутствующих на космодроме. Правда, в атмосфере витают не одни лишь флюиды приближающихся высоких событий. Присутствуют порой и иные запахи, включая легкий, еле ощутимый аромат большого пирога, который, судя по всему, скоро будут делить. Было и это, жизнь есть жизнь. Причем было иногда в сочетаниях самых неожиданных: возвышенных и не очень возвышенных. Удивительно, до чего разные, казалось бы, взаимно исключающие друг друга тенденции могут существовать одновременно в душах людей. Да что там людей! Иногда даже в душе одного и того же человека!..
И все-таки, можно это утверждать с полной определенностью, доминировало настроение не возвышенное и тем более не «пирогоразделительное», а деловое. То самое, которого требовала работа.
Единственное, что было проведено с некоторой торжественностью, – это заседание комиссии, на котором по всей форме утверждался экипаж первого «Востока»: основной космонавт – Гагарин, космонавт-дублер – Титов. Тут были и речи, и аплодисменты, и киносъемка. Выступил – очень просто и сердечно – Королев. Несколько слов сказал Москаленко.
Во время ответной речи Гагарина неожиданно – перерыв. Погасли юпитеры, перестали стрекотать камеры кинооператоров. В чем дело? Оказывается, кончилась пленка, надо перезаряжать киноаппараты. Королев, как мне показалось, был этим происшествием несколько шокирован (что, вообще говоря, случалось с ним чрезвычайно редко), но постарался сделать вид, что ничего особенного не произошло: сейчас камеры перезарядят, и двинемся дальше. Так оно и было. Операторы крикнули: «Готово!» – осветители включили юпитеры, Гагарин начал речь заново, так что, в общем, торжественность обстановки (по поводу которой, видимо, и беспокоился Королев) не пострадала… Хотя большая часть присутствующих знала, что предварительное назначение экипажа корабля уже состоялось. Это несколько снижало уровень восприятия происходящего. Но все равно выглядело упомянутое заседание вполне красиво… И впечатление, например, на меня произвело не намного меньшее, чем обычные заседания Госкомиссии, во время которых на присутствовавших очевидным образом действовало само сочетание по-деловому прозаической формы и уникальности предмета обсуждения.