– Все было в точности так, как вы мне расписали. Будто вы там уже побывали до меня…

В этой шутке отразилось не только доброжелательное отношение и признательность космонавта тем, кто готовил его к полету, но и нечто гораздо более важное: успешность построенных на научной основе прогнозов. Переоценить значение надежности таких прогнозов трудно.

Но еще труднее было бы гарантировать, что так будет и дальше, будет всегда, на всех этапах освоения космоса, включая самые дальние его углы. И тогда-то, при первой встрече с совершенно Неизведанным – а такая встреча рано или поздно произойти должна, – ничто не сможет заменить человека – носителя живого творческого разума, способного осознать и проанализировать свои ощущения, возникшие при такой не поддающейся прогнозированию встрече.

Словом, веских доводов в пользу участия человека в космических полетах можно привести очень много.

Но среди психологически наиболее убедительных из них – хотя и не самым серьезным по форме – для меня остается довод, высказанный как-то в ходе очередной дискуссии тем же, уже неоднократно цитировавшимся мною Б. Раушенбахом.

– Нам ничего не стоит, – сказал он, – отправить на Черноморское побережье комплексное автоматическое устройство, которое передаст нам свои координаты, температуру и влажность окружающей среды, химический состав воздуха, концентрацию соли в воде, спектральный анализ солнечного излучения, магнитофонную запись шума прибоя и вообще любую другую информацию, какую мы ему закажем, – хоть цены на фрукты на гагринском базаре… Но все равно я почему-то предпочитаю в отпуске воспринимать всю эту информацию сам, лично. А не посылать вместо себя автомат.

В сущности, эта концепция весьма близка к тому, что говорят – пусть тоже не очень серьезно – представители одной из передовых отраслей знания нашего века – экспериментальной физики. Работающие в этой области ученые не раз сетовали на то, что человек не может, как в сказке, уменьшиться в размерах настолько, чтобы проникнуть в мир элементарных частиц и собственными глазами посмотреть, что там делается. В этой не раз повторявшейся шутке – большая доля правды. Непосредственное наблюдение всегда лучше сколь угодно изящного косвенного эксперимента. «Собственными глазами» – в этом все дело!

А автоматика… Забавная мелочь: теперь автоматика, не довольствуясь тем, в общем, чрезвычайно почетным местом, которое она законно занимает в полетах пилотируемых космических кораблей (не говоря уже о беспилотных, где она – полная хозяйка), начинает порой посягать и на лавры, ей по праву не принадлежащие. То есть, конечно, не сама автоматика – она, как мы знаем, ничего сверх заложенного в нее человеком сделать не может, – а пишущие о космосе люди.