Ранее предъявленное обвинение Жуковской-Шатуновской Елене Георгиевне по ст. 17–58 п. 6 УК РСФСР переквалифицировать, предъявив ей обвинение по ст. ст. 18–58 п. 12 УК РСФСР.

Следователь… Данилин». Остальные подписи опускаем.

Как это все понимать? Ведь, казалось бы, срок заключения по будущему приговору известен, никаких адвокатов, тем паче газетчиков поблизости нет и в помине, отчего же тогда не воспользоваться протоколом Масленникова и сразу не передать дело в Особое совещание, которое отштампует стандартный приговор?

В самом деле, как правило, «женам» давали восемь лет заключения в ИТЛ (исправительно-трудовой лагерь). Но «как правило» — означает «не всем». Если ограничиться преследованием супруг высокопоставленных энкаведистов, то, например, жены Фриновского и Евдокимова были расстреляны. Как знать, не грозила ли та же участь Лене, и не висела ли ее жизнь на волоске вплоть до того счастливого момента, когда все же «директивные инстанции», как выражался Ежов, приняли решение в ее пользу, а уж во исполнение этого решения понадобилось ликвидировать, возможно, расстрельный пункт о соучастии в контрреволюционной деятельности.

Дальнейшее просто. На корректировку потребовалась всего неделя. На свет (бутырский, разумеется) появляются два итоговых творения следователя.

Протокол

об окончании следствия (На форменном бланке)

1939 г. Сентября 13 дня

Я… Данилин рассмотрел следственное дело за № 21434 по обвинению Жуковской-Шатуновской Елены Георгиевны в преступлениях, предусмотренных ст. 58 и 12 УК РСФСР.

Признав предварительное следствие по делу законченным, а добытые данные достаточными для предъявления суду, руководствуясь ст. 206 УПК, объявил об этом обвиняемому, предъявил для ознакомления все производство по делу и спросил — желает ли обвиняемый чем-либо дополнить следствие.