«23-го апреля 1939 г, меня вызвал следователь Масленников, который мне заявил, что я вела в камере а/с разговоры.

Эта гнуснейшая ложь и клевета была состряпана одной из трех женщин, бывших со мной в камере, — Зайончковской-Поповой О.А. причем свидетелями она приводила двух других, — Ю.Н. Туполеву и С.Д. Лаврентьеву. Туполева вовсе не была вызвана и допрошена, а Лаврентьева полностью опровергла все вымыслы Зайончковской. На мое требование устроить очную ставку, ничего не последовало, а вместо этого мне дали подписать протокол об окончании следствия. На мой вопрос о том, можно ли верить такой бессмысленной лжи, ничем не подтвержденной, наоборот, опровергнутой свидетелем, следователь Масленников ответил: «Да, это ерунда».

Через 5 месяцев меня вызвал следователь Данилин. Он представил новый протокол об окончании следствия (это уже в третий раз), где было написано, что меня обвиняют по п,12, статьи 58, т. к. следствием установлено, по показаниям Зайончковской-Поповой, что я знала и не донесла о деятельности мужа. Данилин дал мне прочесть донос. Это такая галиматья и бред, которую мне ничего не стоит опровергнуть.

С этой целью я написала заявление на Ваше имя, на имя Вашего заместителя Кобулова и прокурору наблюдающему за следствием с просьбой меня вызвать, но все безрезультатно.