Но весь этот пыл быстро прошел у нее и она умолкла.

Ей показалось, что он — здесь и слышит ее.

Вот он стоит в тумане и скалит свои волчьи зубы.

Она вспомнила, что, если она не принесет ему двух рублей, он загрызет ее.

И в один момент она была уже на ногах и шлепала по-прежнему своими намокшими, весенними туфлями по тротуару.

Женька остановила Маню Боцман и сказала ей усталым голосом:

— Манька, одолжи пятачок. Я куплю себе пирожок с мясом. Смерть как есть хочется. С утра ничего не ела, только вечером стакан чаю выпила да и то в прикуску.

— Где же я тебе возьму? — сердито ответила Маня. — Да и где теперь пирожки достать? Не видишь, что все кругом — закрыто?

Женька понурилась…

Стрелка на больших уличных часах показывала час.

Женькой овладело отчаяние. Час ночи и ни одного "пассажира". Что будет с нею?! Он убьет ее.

И она, как безумная, стала метаться из стороны в сторону и бросаться на каждого запоздалого пешехода.

Она даже окликнула одного седока — почтенного мужчину.

Седок приказал извозчику остановиться и спросил ее, что ей угодно.

Вместо ответа она многозначительно засмеялась ему в лицо.

Седок рассердился, плюнул и велел извозчику ехать дальше.

— Вот какие бесстыжие пошли нонче! — покачал головой извозчик.

Женя осталась посреди мостовой, как в столбняке.

Когда столбняк прошел, она увидала, что стоит под проливным дождем.

Капли дождя прыгали вокруг нее, как мячики, и стучали по гранитным кубикам, как молоточки.