Николай Федорович Ватутин кратко, но исчерпывающе сообщил собравшимся сущность замысла Ставки и сказал, что целью совещания будет отработка вопросов взаимодействия, выявление степени готовности войск, анализ и обобщение имеющихся разведданных.

Первым выступил Н. Н. Воронов. Он изложил те соображения по артиллерийскому наступлению, которые были сформулированы ранее. Был заслушан также командующий артиллерией Донского фронта генерал В. И. Казаков. Его доклад очень наглядно иллюстрировал таблицами и схемами начальник штаба артиллерии фронта полковник Г. С. Надысев. Очень дельным был и доклад командующего артиллерией 21-й армии генерала Д. И. Турбина. Это был опытный специалист. В советско-финляндскую войну он отлично командовал противотанковым полком, проявил большое мужество, самоотверженность, за что был удостоен звания Героя Советского Союза. Запомнились его внешняя молодцеватость, я бы сказал даже элегантность в одежде. Д. И. Турбин погиб в боях за столицу Украины в ноябре 1943 года.

Когда слово было предоставлено командующему ВВС Красной Армии генералу А. А. Новикову, К. К. Рокоссовский предварил:

— Многие пехотные и танковые командиры молят бога о плохой погоде в дни наступления, чтобы выключилась из дела вражеская авиация. И их можно понять — ведь во всех предшествующих операциях немцы имели подавляющее превосходство в самолетах и нередко их авиация прямо-таки на корню срывала наши наступательные замыслы.

— А вот сейчас Александр Александрович с фактами в руках и расскажет нам, каково положение в авиации, будет ли она готова к началу контрнаступления, — сказал Г. К. Жуков.

А. А. Новиков не торопясь, с большим достоинством поднялся и, показывая всем своим видом, что речь пойдет о весьма серьезных вещах, начал с прямого ответа К. К. Рокоссовскому:

— Наши пехотинцы и танкисты опираются на свой горький, но вполне реальный опыт шестнадцати месяцев войны. О нем хорошо знают все, включая Верховного Главнокомандующего. Всего месяц назад товарищ Сталин в своем послании американскому президенту отмечал… — Докладчик вынул из бокового кармана объемистую записную книжку и, полистав ее, прочитал: «…положение на юге, особенно в районе Сталинграда, ухудшилось из-за недостатка у нас самолетов, главным образом истребителей… Немцы имеют на юге минимум двойное превосходство в воздухе, что лишает нас возможности прикрыть свои войска. Практика войны показала, что самые храбрые войска становятся беспомощными, если они не защищены от ударов с воздуха»[244].

Г. К. Жуков нетерпеливо спросил главного авиатора: