Затем Н. Ф. Ватутин перешел к постановке задач 21-й армии. Он сказал, что этой армии в составе шести стрелковых дивизий (63, 76, 96, 277, 293 и 333-й), 4-го танкового и 3-го гвардейского кавалерийского корпусов, двадцати пяти артиллерийских и минометных полков РВГК предстоит прорвать оборону врага на 12-километровом участке (высота с отметкой 163,0, Клетская). Затем, развивая главный удар в направлении Малоосиновка, Манойлин, выйти в тыл противника и во взаимодействии с 5-й танковой армией окружить и уничтожить основные силы 3-й румынской армии. На направлении главного удара армии развертывалось 5 стрелковых дивизий из 6, танковый и кавалерийский корпуса, 3 танковых полка, 11 артиллерийских, 3 минометных и 3 полка реактивной артиллерии[247].

— Товарищ Чистяков, задача вам ясна? — спросил Г. К. Жуков. — Как и когда сосредоточите такую массу войск на пятачке вашего задонского плацдарма? Идеальным было бы сделать это за одни сутки, непосредственно перед началом контрнаступления.

— Мы уже скрупулезно взвешивали с генералом Пеньковским наши возможности в этом отношении и пришли к твердому выводу, что менее трех суток на это никак не уйдет. Пока мы весьма осторожно перебрасываем на плацдарм зенитную дивизию, в лесу по берегу старого русла Дона закапываем танки. По моей просьбе Степан Акимович Красовский ежедневно выделяет самолеты-разведчики, которые производят тщательную аэрофотосъемку местности, засекают малейшие признаки демаскировки, и мы тотчас же устраняем их.

Г. К. Жуков на это сказал:

— Вы взяли Клетскую. Это значительно облегчает выполнение крупномасштабного замысла Ставки. Честь вам за это и хвала. Еще больше чести будет, если выполните только что поставленную вам боевую задачу. Обещаю, что ваша армия станет гвардейской. Но если вы затяжной перегруппировкой демаскируете свои войска и тем выдадите врагу наш замысел, то с вас спросим по всей строгости закона.

— В этом случае, товарищ генерал армии, Рихтгофен опрокинет на нас всю мощь своего воздушного флота и мы поплатимся первыми. Заверяю Ставку, что будет сделано все возможное, чтобы избежать этого.

— Нет, сделайте невозможное, а возможное каждый сделает, — отрезал Г. К. Жуков. — Главное, самое решающее — маскировка. Прежде всего строжайший режим в использовании средств радиосвязи и связи в целом. Рации всех вновь прибывших частей должны онеметь. Никаких привлекающих внимание телефонных переговоров штаба армии с соединениями, частями и внутри самих соединений и частей. Строжайший режим передвижения по переправам днем, а ночью — режим света. Максимум осторожности при переброске через Дон танков и автотранспорта. Предупреждаю еще раз: хотя вы и молодой командарм — скидки не будет. Доверие вам оказано большое, оправдайте его. — И почти без паузы, но другим тоном Георгий Константинович сказал: — Давайте послушаем сообщение начальника оперотдела вашего штаба. Он, по-моему, дока в разведке.