— Нам повезло, — ответил собеседник. — Наши разведчики из 293-й стрелковой дивизии генерала Лагутина вели поиск в полосе 15-й румынской пехотной дивизии и приволокли двух крепко подвыпивших братьев — рядового и офицера-связиста. Вот этот-то второй и оказался подлинным кладезем информации. Он дал массу косвенных, так сказать, наводящих сведений, благодаря которым мы смогли целенаправленно организовать разведку района Перелазовского, в частности, наладили прослушивание вражеских телефонных переговоров. Так выявились штабы 22-й немецкой танковой дивизии и самого Гейма.

Из Орликовского мы вместе с генералом Л. 3. Котляром выехали в Серафимович, куда было намечено перебазировать КП фронта. Туда уже должны были прибыть 32-я и 33-я отдельные маскировочные роты под командованием старшего лейтенанта Н. Г. Николаева и лейтенанта Я. А. Жарова. По дороге Леонтий Захарович с восхищением отозвался о работе инженерных войск 21-й армии. Так, в 76-й стрелковой дивизии полковника Н. Т. Таварткиладзе при появлении немецкой «рамы» — самолета «Фокке-Вульф-189» саперы имитировали стрельбу ложной батареи вспышками зарядов дымного пороха. Это имело успех. Артиллерия врага, используя данные самолета-корректировщика, неоднократно обстреливала эту «батарею». В полосе той же дивизии около Клетской ложный паром с макетом орудия не раз подвергался групповым (5–7 самолетов) налетам авиации. Ложные переправы и районы сосредоточения войск бомбардировались значительно чаще, чем действительные.

Чтобы с наступлением темноты не заблудиться, все дороги к переправам были обозначены и обеспечены проводниками, регулировщиками. Представители переправляемых войск под руководством корпусных и дивизионных инженеров предварительно знакомились с местностью» тщательно разведывали переправы и подходы к ним, выбирая наиболее скрытые пути.

Всего инженерные войска фронта построили 22 моста, из них 5 ложных. Подъезды и подходы к мостам скрывались от наземного наблюдения вертикальными масками. Вражеские самолеты-разведчики, не раз появлявшиеся над Доном, приняли ложный мост у станицы Еланская за действительный. Немецкая авиация сбросила на него более 200 бомб, но ни одна не попала в цель. А действующий мост, расположенный ниже ложного, ударам с воздуха вовсе не подвергался.

Умело был замаскирован 4-й танковый корпус генерала А. Г. Кравченко. Прижавшись в балках и кустарниках к отвесному правому берегу Дона, он, несмотря на действия авиации противника, не был обнаружен. Танки маскировались под местность: забрасывались ветками, обсыпались песком, а в районе меловых холмов — кусками мела.