Светлый фон

октябрь 1997

октябрь 1997

ТРАВИАТА

ТРАВИАТА

ТРАВИАТА

10 октября день рождения великого Джузеппе Верди. А я в связи с этой датой вспомнил о моей любимой вердиевской опере — «Травиата», и даже не о самой опере, а об одноименном фильме выдающегося итальянского режиссера Франко Дзеффирелли, несомненно лучшей оперной киноверсии из всех (увы, относительно немногочисленных), какие мне довелось увидеть; думаю, что со мной согласятся многие наши читатели. Видел я ее, по меньшей мере, раз шесть и, да простят меня представители сильного пола, всякий раз не мог удержаться от слез (что, вообще говоря, мне не свойственно). Но виноваты в моих слезах не столько Верди и Дзеффирелли, сколько исполнительница главной роли, мало известная, к сожалению, у нас (все жду, когда же уважаемый Максим Мальков посвятит ей хотя бы две-три передачи) выдающаяся канадская певица греческого происхождения Тереза Стратас. Впрочем, ладно бы только певица — немало на свете сопрано, которые в вокальном отношении не уступают ей, а иные, возможно, и превосходят — какая актриса! Затрудняюсь даже сказать, кто из драматических актрис потрясал меня своей игрой до такой вот степени — одна Джульетта Мазина. Но, ведь у Стратас еще замечательный голос! И внешность! — в этой роли, не знаю, как в жизни. Словом, она сумела создать самый пленительный, воистину идеальный, женский образ, какой я когда-либо видел!

 

 

Побывав на этом фильме во второй раз (это было 28 марта 1992 года) я, за те 15 минут, в течение которых брел от кинотеатра «Свет» до своего дома, сочинил посвященные Терезе Стратас стихи. Жаль, что она никогда не сможет их прочитать, — так прочтите хоть вы.

 

              О, кайся, кайся, глупый Жорж Жермон,               Да не найдет вовек душа твоя покоя;                 Преступник ты — перед Любовью!  Так колотись о каменные плиты ржавым лбом за этот                              страшный грех,     Чтобы глухое эхо по ночам таких, как ты, будило.             Меня же будят дивных два светила                                Ее глаза!                 Паденье в них — и святость.                           Ах, Виолетта!..