Фальсификаторы, если пользоваться языком составителей указа, есть в любой отрасли научных знаний. Изобретатели вечного двигателя и генераторов торсионных полей осаждают приемные всех учреждений в Москве. Они овладевают умами доверчивых журналистов, шаманят с телевизионных экранов и порождают сумятицу в умах доверчивых граждан. Почему в Кремле не сражаются с ними путем создания президентских комиссий? Потому что лженауке противостоят сами ученые… Комиссию вскоре распустили.

Сергей Евгеньевич возглавил Российское историческое общество. Он действительно интересуется историей. Знаю об этом, что называется, из первых рук. Нарышкин еще в роли руководителя администрации вручал мне орден в Кремле.

Процедура награждения отработана и занимает считанные секунды. Диктор объявляет фамилию очередного награждаемого. Вручающий прикалывает награду к пиджаку, пожимает орденоносцу руку. На секунду они оба замирают, позируя фотографу, и счастливый обладатель государственной награды возвращается на свое место в зале. Поздравляя меня, Сергей Евгеньевич заговорил о том, как ему нравятся мои исторические фильмы и что он старается их не пропустить…

После крымских событий российские депутаты оказались в своего рода изоляции, он сам оказался под санкциями, и его зарубежная активность сократилась.

27 января 2015 года председатель Думы Нарышкин заявил в Страсбурге:

— Внешняя политика Соединенных Штатов Америки — абсолютное зло для Европы. Чего стоит лишь одна навязчивая идея исключительности. И сразу вспоминаются авторы подобной идеологии исключительности одной расы. Пока Европа не освободится от диктата Вашингтона, я уверен, что стабильность и безопасность нашего европейского континента будут находиться в зоне очень серьезного риска.

Нарышкин явно собирался и дальше работать в Думе и не ожидал нового назначения. В 2016 году участвовал в предвыборной кампании. Ездил по своему избирательному округу. Получил депутатский мандат. Но в сентябре президент Путин объявил, что переводит Нарышкина во внешнюю разведку. Его назначение стало частью значительных перестановок в высшем эшелоне.

Внимательному наблюдателю было очевидно, что новое назначение Сергея Евгеньевича не обрадовало. Надо понимать, Нарышкин испытывал те же чувства, что и сам Путин, когда летом 1998 года его поставили руководить Федеральной службой безопасности. Ему тогда не очень хотелось идти на Лубянку… И Нарышкин в полной мере оценил преимущества заметной должности главы парламента. Ему по душе пришлась публичная сфера. А пришлось вернуться в закрытую структуру, заметно ограничивающую его жизнь.