– И как ты перешла от слов к делу? – продолжала Маргарет.

– Он пару раз с нами посидел, – брякнул Дилан. – А потом – БАХ!

Эл зашелся смехом. Даже родители Люси улыбнулись.

– Еще вопросы будут? – спросила Люси.

– Ты счастлива? – спросил отец.

– Она стала в сто раз лучше, чем раньше, – ответил за нее Эл и продолжил: – Деда, а можно спросить?

Люси не понравилось выражение его лица. Обычно просьба о разрешении задать вопрос не сулила ничего хорошего. Не иначе как впереди замаячил либо Брекзит, либо цвет кожи Джозефа.

– Сейчас не время, – отрезала Люси.

– Ты даже не знаешь, что я хочу спросить!

– Не важно.

– Очень даже важно.

Как все дороги ведут в Рим, так и все вопросы вели к неприятностям.

– Бабушка хочет узнать, как у вас дела в школе. – Люси решила сменить тему.

– Не хочет, вон она какое лицо сделала.

– Не груби, – отрезала Люси.

– Я же не говорю, что она всегда такая. Просто ей неохота слушать про школу.

– Расскажи-ка мне, как дела в школе, – потребовала мать Люси, неожиданно просветлев лицом.

13

13

Спектакль начался еще до того, как на сцене разыгралось действо. В зале среди публики оказались актеры, которые перекрикивались через проходы, посылали друг другу воздушные поцелуи, с хохотом сновали туда-сюда. Люси никогда не получала особого удовольствия от такого рода погружения в искусство; она считала, что после автобуса нужна передышка, чтобы привести себя в порядок и настроиться на театральный лад. В туалет вечно выстраивалась очередь, за мороженым и шоколадом тоже; частенько приходилось с извинениями протискиваться мимо какой-нибудь пожилой пары, которая медленно, со вздохом поднималась со своих мест, вынужденно брала в руки пальто и укоризненным взглядом давала понять, что приходить полагается заблаговременно. К тому же Люси опасалась, что какой-нибудь актер, снующий в партере, назовет ее аппетитной милашкой, или подмигнет, или предложит купить сладкий сочный апельсин. Совершенно непонятно, как себя вести в таких ситуациях. Да к тому же при свете в зале! Искусство еще не набрало свои чары, но они уже навязывались извне.