Мессир Архимаг, милорд мэтр Игнациус Коппер был очень доволен. Ходил, чуть склонив голову набок, с умилением рассматривая собственное творение. Он, похоже, и в самом деле весьма гордился собой.

— Так когда же оно будет-то? — подала голос Сильвия, просто оттого, что молчание становилось совершенно невыносимым.

— Ещё немного погодить, — безмятежно ответит мессир. — Совершенно не о чем волноваться. Я вижу теперь, как изменяются все параметры… процесс двигается куда нам и нужно, правда, не слишком спешит, — он хихикнул. — Так что, моя дорогая, пожалуй, мы-таки поиграем.

Сильвия зажмурилась. В животе всё сперва сжалось, а потом оборвалось. Очень хотелось заскулить, словно щенку под хлыстом; она едва сдержалась, на остатках гордости. Хотя уже понимала, что кричать будет очень громко, а пытки, скорее всего, не выдержит.

Милорд мэтр запыхтел, завозился с застёжками на груди Сильвии.

— Так, так, милочка… дрожишь? Дрожи, это хорошо, это правильно.

— Мессир… вам не противно?.. Я ж как кукла… что за радость?..

— Как только я тебя освобожу, — наставительно изрёк Игнациус, — ты непременно найдёшь способ воткнуть мне что-нибудь острое в глаз. Я тебе это уже говорил, глупая ты девчонка. Нет, чувствовать боль ты будешь, и кричать тоже, а вот дёргаться… ха, нашла дурака.

У Сильвии опять защипало в глазах. Тем более, что милорд мэтр, после некоторых стараний, оголил-таки её до пояса, а теперь, судя по всему, старался справиться и с тем, что ниже.

— Мессир… ну милорд мэтр… — опять заскулила Сильвия. Её заливал жаркий стыд — сударь Архимаг разобрался-таки с её одеяниями и, совершенно голую, перевалил на живот. Деловито охлопал, словно лошадь на ярмарке.

— Превосходно, хе-хе. Нуте-с, извольте попробовать горячих от вашего дорогого милорда мэтра…

Что-то засвистело в воздухе, и Сильвия истошно взвизгнула — боль обожгла, да так, как никогда раньше, в те времена, когда её наказывал дед. Эта боль пробрала до самого нутра, слёзы сами полились потоком.

— Ничего-ничего, милочка, это только начало… — заговорил было мессир, и вдруг остановился, напрягся. — О, проклятье! Я же им сказал — меня не беспокоить!.. Тупые тупицы, честное слово!.. А ещё маги!.. — пауза. И затем уже совсем другим голосом: — Ого!.. Интересно, интересно…

Что там было «интересно», Сильвия, само собой, не знала. Впрочем, сам милорд мэтр тоже словно бы колебался. А чтобы размышлять не было совсем уж скучно, отпустил своей пленнице ещё один «горячий», и Сильвия в самом прямом смысле света белого не взвидела, заорала так, что, казалось, сейчас потолок рухнет им на головы.