— Я знаю, в чём состоит мой долг, Сежес, благодарю.

Голос Дану был холоден, словно весенний ручей, полный хрустких льдинок.

— Прошу простить, повелительница, — смешалась чародейка. — Я…

— Я знаю. — Тайде положила ей руку на плечо. — Из самых лучших побуждений. Но, как говорил мой царственный супруг, «Империя там, где её Император». А я добавлю — Императрица должна быть со своей Империей. Если, конечно, это её Империя.

Сежес покачала головой.

— Отправьте тогда в безопасное место хотя бы его императорское высочество, наследного принца!

— Безопаснее всего ему будет со мной! — отрезала Тайде.

— В сердце битвы, миледи? — Сежес позволила себе чуть раздражения. — Привязанным у вас за спиной? Или как-то ещё?

Это было правдой.

— Кер, отряди двух…

— Шестерых, моя повелительница. Шестеро Вольных не оставят принца ни при каких обстоятельствах.

— А потом ты, мой капитан, сопроводишь меня на стены. И ты, досточтимая Сежес.

Матфей был доволен. Добыча перед ним лежала жирная, даже жаль скармливать демонам. Нет, конечно, отдавать своему воинству живых людей как-то нехорошо, но, с другой стороны, разве не гибнут они постоянно в собственных войнах? Какая разница, кто вспорет живот пахарю, демон или наёмник соседнего владыки? Какая разница, кто вырежет скот в деревне, демоны или голодная кочевая орда? Война есть война, война кормит войну, так было, так есть и так будет.

Город лежал перед ним, словно сервированный для роскошного пиршества стол.

Медлить он не будет, нет. Заход — демоны нажрутся — и прочь отсюда. Чем незаметнее будет мирок, чем захолустнее — тем лучше. А дворцы и девушки всюду найдутся. Главное, не попадаться на глаза всяким магам, богам и силам.

Сам он удобно расположился на холмике, под сенью вековых дубов. Мимо, огибая холм, бежала дорога, упираясь в городские ворота. Видно, что с городом совсем недавно приключилась большая беда — за пределами стен одни огороды да какие-то будки, все дома — только внутри.

Поток демонов устремился к укреплениям; крылатые бестии атаковали сверху. Атаковали не абы как, а в строгом порядке: летучие демоны справятся с привратной стражей, откроют створки, после чего ему, Матфею, останется только ждать, когда армия, насытившись, вновь вернётся к нему.

На летучих созданий он возлагал особую надежду — тяжело бронированные, они были крепким орешком. Таких не сразу возьмёшь ни пикой, ни алебардой, ни каким-то ещё оружием; и к магии они весьма устойчивы, куда устойчивее простых демонов…

В городе тревожно ударил колокол, за ним другой; тяжко и гулко подала голос звонкая медь. Набат поплыл над крышами кварталов, над боевыми башнями, над рекой, растекаясь окрест, дотягиваясь до отдалённых деревень; невольно Матфей представил, как народ там хватается за топоры и рогатины, поспешно вооружаясь, готовясь дать отпор неведомой напасти.