И сразу же они — все трое — ощутили совсем недальний толчок силы. Такое случается, когда маг использует что-то очень мощное, но заранее запасённое — в талисманах, например, — и никак не пытается скрыть свои действия.

За первым толчком тотчас последовал другой, а в небольшом отдалении над лесными кронами взметнулся чёрно-рыжий гриб дыма, перемешанного с пламенем.

— Он. Он там, — выдохнула Сильвия. — И этот, Кор Двейн.

Хаген сощурился — это имя ему, похоже, что-то говорило.

— Очень сильный маг, — торопилась Сильвия. — Сильнее Игнациуса. Мне удалось загнать его в капкан, но только потому, что я очень долго готовилась, и то… до конца не вышло.

Теперь они все трое елико возможно быстро пробирались густым подлеском, Хаген вёл их к месту магического поединка.

— Что ты хочешь сделать, брат? — негромко и спокойно спросила валькирия. Меч был у неё в руках.

— Я не вижу пути к возвращению. Мы прошли оставшейся тропой, и она, как мост, обрушилась за нами, её больше нет.

Сильвия затрясла головой.

— Я знаю, где мы… — выдохнула с отчаянием. — Они говорили… Игнациус говорил… что надвигаются Дальние, зелёный лёд, и что Кор Двейн устроил где-то отнорок, логово, где намерен отсидеться… Из ловушки туда тянулась нить… особая нить… Игнациус радовался, значит…

— Значит, мы тут, — кивнул Хаген. — Что ж, разумно. Пусть всё кругом горит огнём, а я отсижусь в сторонке. Понятно теперь, почему мне чудилось, что мы в подвале…

За деревьями вновь громыхнуло. Ветки закачались, листва испуганно зашелестела.

Сильвия не выдержала. Протянула руку, и сама потянулась к Хагену.

— Что теперь делать? С ними нам не справиться!..

— Никто и не станет справляться. — Рука в воронёной стали легла ей на плечо, и латная перчатка показалась нежнейшим шёлком. — Не Игнациус сейчас наша главная тревога. И даже не Кор Двейн.

— А Дальние?

— И не Дальние. И не… — Хаген отмахнулся. — Тихо. Никакой сейчас магии, подбираемся поближе и просто наблюдаем!

…Райна следила за этими двумя краем глаза и тихо-тихо, совершенно незаметно позволяла себе улыбнуться, несмотря ни на что. Позволяла чуть дрогнуть уголкам рта — и вновь отводила взгляд.

Край леса, за ним обнаружилось засеянное поспевающим хлебом поле, изгороди, плетни, чистенькие домики, крытые неправдоподобно свежей и аккуратно уложенной соломой — словно нарисованные, не настоящие; уж кто-кто, а Райна повидала всяческие селения. Такой чистоты и порядка просто не бывает.