Катя

Смелая и гордая Катя Полонская трусливо заползла в раковину и там переживала бурю. В домике была. Дожила!

Я не звонила Максиму. Не читала письмо Вадима. Бросила попытки анализировать, потому как выходило откровенно плохо. Что же я делаю? Что с жизнью моей происходит? Хотела просто поговорить с Максом, а вышло, что переспать с ним решила, затем вообще в объятиях Вадима оказалась. Я сама себя удивляла, что уж говорить об их изумлении.

Надо бы объясниться с ними обоими. Нельзя (да и не нужно мне) морочить голову Барсову. Мерзко это. И с Полонским поговорить необходимо: я не могу заниматься с ним сексом, потом голову гордо вскидывать и делать вид, что это его инициатива. И вина, естественно: ворвался, принудил, а я так отбивалась, ага-ага. Нет, это работает по-другому. Я сама просила Вадима взять меня, стонала под ним, такое безумное наслаждение в его руках испытала. С ним так порочно сладко было… Хотелось бы сказать, что это эффект воздержания. Плюс у Полонского по постельным делам всегда одни пятерки. Но нет, это что-то другое. Здесь больше, чем физико-химическое взаимодействие: внутри тянулось к нему что-то.

Я ладонями коснулась раскрасневшихся щек и рационально рассудила, что вернусь к вопросу о мужчинах, когда немного остыну и смогу трезво мыслить.

Так я прожила два дня: полностью загрузила себя насущными делами, не связанными с личной жизнью, и старалась не вязнуть в мыслях. На третий – забеспокоилась. Было странно: ни Вадим, ни Максим не пытались выйти на связь. Неужели устали от моих метаний? Это могло стать забавным, в чем-то печальным поворотом. Вся такая честная и принципиальная Катерина обвинена в непостоянстве и брошена. Если так, то это справедливо.

Вечером третьего дня я решила, что хватит голову в песок прятать. Нужно поговорить и объясниться. Рано или поздно нам придется встретиться: Вадим – бывший муж и отец моей дочери; Макс, помимо прочего, деловой партнер. Завтра. Сегодня поздно. Было уже десять: Вероника спать готовилась. Нужно, кстати, проверить.

– Ника, телефон! – строго сказала, заметив, что прячет под одеяло.

– Мам, ну я пока спать не хочу.

– Почитай тогда.

– Можно пять минут с телефоном, а потом ты мне почитаешь?

– Давай, телефон на зарядку, и я тебе почитаю.

– Ну, мам, – и густо покраснела, даже в скупом свете ночника заметно.

– Никусь, все нормально? – я присела на кровать, по волосам погладила, в глаза заглядывая. Телефон тоненько и тихо простонал сообщением. Дочь еще больше покраснела и руки потянула к смартфону.

– Пять минут, ладно? – так умоляюще на меня посмотрела.