Денис с Лелькой сидели на полу, общаясь так, словно давно знакомы, и чуть ли не с головой закапывались в сестринские чемоданы. Сестра нашла себе «подружку»?
Из Арининой комнаты доносились обрывки фраз:
— Дорогой начальник! — вдохновленно — радостным голосом. — Кто подлиза?! Я — подлиза?! — воскликнула, на секунду замолчав. — Так точно! Арина Патрикеевна на проводе! — согласилась с приведенными начальником доводами. — Да, у меня! — явно вопрос о Денисе. — Что делает? — осеклась. — Кажется, в колготках роется…передать от вас пинка? За милу душу, начальник! Что? Стали дважды дедушкой?! Поздравля-я-яю! — умиленно. — С меня игрушки, пенетки и на радость-конфетки! С коньяком и ликером?! Ребенку?! А, это вам, начальник?! — засмеялась. — Будет сделано! Тару побольше? Окей. Хотите знать, что я натворила и что вам за это будет? Вам-плюшки…
вам— Почему по морде? Начальник, у меня есть совесть, правда. Почему давно не заходила? Работаю…ну зачем вы та-ак?! Что мне надо?….да, все верно. Ордер и опергруппу в распоряжение…уволите нах…?…сделку? ды почему это я- бестолочь разжалованная? Я не заколачивала крышку вашего гроба…хорошо…на ваших условиях…доверяю ему, как самой себе…и вы поверьте…не подведу…согласна на ваши условия…да…чтоб мне провалиться?! И я люблю вас, начальник!
Похоже, переговоры закончились, так как в комнату вошла взлохмаченная и обессиленная Арина.
— Что сказал? — похихикивал Денис.
— Эмм, если опустить четырехэтажный мат и другие не менее веские аргументы, то опергруппа будет в нашем распоряжении, ордер выдадут. Миссия невыполнима назначена на завтра.
— Миссия «найти пингвина»? Чем это хрюкнулось лично тебе?
— В случае успешно проведенной операции стану коучем по боевому самбо дважды в неделю, в случае провала — отдаю зал в руки Милы и возвращаюсь в отдел, — задумчиво почесала бровь.
Денис присвистнул.
— Феликс! Ты слишком дорого нам обходишься! — пошутил. Арина кинула на него убийственный взгляд, говорящий «да заткнись уже, р-радость моя» и от всей души отвесила Диню подзатыльник. — Ай, блин! — стал ростом ниже, потирая пришибленную «тыкву». — Все! Умолк, обиделся и молча кайфую от тряпочки с нашатырем! — продолжил обезьянничать.
— Арин…не делай того, о чем пожалеешь. Ты не должна отказываться от любимого дела. Каковы наши шансы, подумай? Они мизерные, — пытался достучаться до нее. — Весь наш план основан только на догадках и призрачных теориях…
— У нас есть вероятность 50/50: или мы раскроем это дело и сдвинемся с метрвой точки, или нет. Другого не дано, а бездействовать я не собираюсь. Ты и сам знаешь, что они не отстанут. Может, уже сейчас к моему дому направляется шайка вышибал, подготовленных лучше предыдущих. Думаешь, я напугалась и намерена съехать?! Перетопчатся! — она была готова спорить и отстаивать свою точку зрения до конца.