Фостер поддел ногой тело и сбросил его на палубу. Из недр одежды террориста выскользнул длинный нож и со стуком упал на пол.

– Интуиция, майор? – полюбопытствовал сержант.

– Я никогда не доверяю человеку, утверждающему, что он не вооружен.

Неожиданно Диллинджер остановился и прислушался:

– Что за черт?

– Если бы это было лет за тридцать до моего рождения, я бы сказал, что это гудок паровоза.

– Похоже, он спускается с горы от старой шахты.

– Я считал, что она давно заброшена.

– Там должны были ждать окончания операции люди из НУМА.

– Зачем они вернули к жизни старый локомотив?

– Понятия не имею! – Диллинджер секунду помедлил, после чего неуверенно проговорил: – Если только... если только они не хотят что-то нам сообщить.

* * *

Взрыв на леднике застал Холлиса и его команду в салоне. Только что завершилась ожесточенная перестрелка.

Пловцы прорезали отверстие в пластике и обнаружили узкий проход между фальшивыми контейнерами. Они бесшумно проникли в пустой бар и гостиную рядом с пассажирским салоном, разделились, взяли под контроль трап и два лифта и внезапно напали на мексиканских террористов Мачадо.

Все, кроме одного террориста, лежали на полу. Только один стоял на том же месте, где его настигла пуля. Потом его тело обмякло и опустилось на пол, испачкав кровью светлый ворс ковра.

Холлис и его люди двигались осторожно, обходя и переступая через тела. Вызванное взрывом сотрясение прокатилось по судну, заставив зазвенеть уцелевшие бутылки в баре.

Спецназовцы тревожно переглянулись, но не дрогнули.

– Должно быть, команда майора Диллинджера не нашла один заряд, – спокойно сообщил Холлис.

– Здесь нет заложников, – сказал один из бойцов. – Только террористы.

Холлис внимательно всмотрелся в безжизненные лица. Ни один из погибших не был похож на выходца с Ближнего Востока. Это, должно быть, команда «Генерала Браво», подумал Холлис.