Лейтенант Захаров выглядел лет на двадцать. Эдакий бойкий петушок с розовыми щечками. Сними с него форму — и без паспорта бутылку в магазине не дадут.

Выслушав пожилого милиционера с «железки», который не имел никаких полномочий вести сыскную работу, лейтенант все же отнесся к старику с участием и пониманием. Отец Захарова закончил тридцатилетнюю службу сержантом. Сын помнил, как перепадало ветерану от желторотых лейтенантов.

— Я вас понимаю, — кивал лейтенант. — Но тут есть одна загвоздка. Лично я этого паренька не знал. Тот, кто находился на моем месте, сейчас срок мотает. Целую сеть накрыли. Участковый был наводчиком банды. Одинокие старики, алкоголики, беззащитные люди с приватизированными квартирами попадали в лапы аферистов и под давлением силы подписывали документы на продажу. Денег, как вы понимаете, они не получали. Трех человек нашли убитыми, двое пропали без вести и только один чудом уцелел и дал показания. Мы искали вашего подопечного, но безрезультатно. Тех, кто уходит в бомжи и кочует по чердакам, найти очень трудно. Сейчас все нормализуется, афера раскрыта, дельцы заняли свое место в камерах, все документы признаны недействительными.

— Вы хотите сказать, что парень может вернуть свою квартиру обратно?

— Думаю, да. Без волокиты не обойтись, но результат будет положительным. Уж очень большую огласку получило то дело. Журналисты взяли историю на карандаш и следят за событиями, так что афера на афере не проскочит. Причем людишки, которые заняли его квартиру, под следствием. На данный момент помещение опечатано.

Колесников покачал головой.

— Вот дурачок. А он и не думал, и не надеялся. Боюсь, парень вляпался в плохую историю, и если мы это докажем, то квартира уплывет безвозвратно. Вот дурачок!

Лейтенант услышал в голосе старого вояки отцовские нотки. Пожалуй, этот умудренный опытом мент сам не верил в собственные слова о причастности юноши к преступлению.

— Так, значит, вы его не знали? — задал вопрос Колесников.

Лейтенант почесал затылок.

— Не хочу ничего говорить. Когда не знаешь человека, трудно давать оценки. А у вас есть факты?

— У меня ничего нет. Антон — единственный ориентир. Других следов нет.

— Его уже однажды обвиняли в убийстве. Полгода в каталажке пришлось отсидеть. Ни за что. Я читал его досье, когда пытался найти свидетелей. Девчонка выпрыгнула из окна без его помощи. Наркоманка. Она находилась в розыске. Убежала из дома. Родители ее в психушку сдавали по два раза в год. Ну а паренек ее пожалел. Она и раньше летала, но не всегда же везет птицам без крыльев. Девятый этаж. Когда я его искал, то пришлось соседей опросить. Все в один голос утверждают, что парень он хороший, но после продажи квартиры исчез. Первое время его еще видели. Старушка жила на первом этаже. Он ей молоко, хлеб приносил, но вскоре она умерла, и Антон окончательно пропал.