Вода была неприветливо-темна, но прозрачна. Длинные шлейфы водорослей ласкали придонную тусклую гальку. Вылетела с заполошным криком птица из ломко треснувшей гущи осоки. Утренний туман относило в прибрежный кустарник зыбкими, истаивающими на листве пластами.

– Объект на месте, – сказал Анджело, выслушав сообщение по рации. – Чатти будет ждать вас здесь, я подстрахую с берега.

Марк сполоснул маску. Виктор уже был в воде и, поправляя загубник, указывал рукой направление движения.

Около получаса они плыли в метре от поверхности, сверяя направление по перископу. Наконец показалась лодка, стоящая посреди тихого залива. В ней сидел одинокий рыбак.

Марк увидел его сгорбленную спину в теплой, простеганной куртке и – широкополую шляпу.

Подплыв к лодке с двух бортов, замерли, переводя дыхание и собираясь с силами. Над ними чернело, покачиваясь, округлое днище с выступом неглубокого киля.

Вспыхнуло солнце, прорезав толщу воды. Прозрачная рябь пронеслась над головами, на миг словно переломив торчащий над поверхностью прут удилища.

Обменялись знаками готовности. Шевельнув ластами, неторопливо устремились вверх.

Акцию выполнял Виктор, Марк страховал его с противоположного борта.

Длинное сильное тело морпеха взметнулось над водой, высунувшись из нее по пояс. Хваткие пальцы уцепили запястье неизвестного рыбака. Марк нащупал край борта, подтянувшись на нем. И – увидел довольно странную сцену.

Перед ним, на дне лодки, грузно и вяло лежало тело незнакомца. Перегнувшийся через низкий борт морпех словно уткнулся озадаченным взором в его спокойное, отчужденное лицо.

Марк выдернул изо рта загубник. Поднял маску.

Утренняя гладь воды была зачарованно пуста. Нахохлившийся за высоким камышом лесок словно дремал, сохраняя в своей глубине остатки ночи. Белели вдалеке, на пригорке побережья, тихие домики.

– Он готов, – сказал Виктор, поворачивая из стороны в сторону длинными сильными пальцами безвольно болтавшуюся голову жертвы. – Точно, зрачки по семь копеек…

– Не понял… – Марк слизнул капли воды, сорвавшиеся с верхней губы.

– Я его хвать за руку, а он и окочурился… Нежданчик.

Убедившись, что перед ними и в самом деле труп, поплыли назад.

Невозмутимые итальянцы расспросами их не утомили. Диалог состоял из вопросительных взглядов и ответных вдумчивых кивков. Не тратя время, покатили обратно, переодевшись в просторном отсеке машины.

Вечером они уже находились в Нью-Йорке, сидя в ресторане на родном Брайтон-Бич. День был будний, не отмеченный обилием посетителей, и ничто не мешало спокойной дружеской беседе за кружкой пива и вымоченными в чесночном соусе голубыми крабами. Разве – телевизор, светивший на кронштейне в углу барной стойки. Передавали новости.