У Перл вырвался истерический смешок. Естественно, она ей не поверила.

Адри молчала.

Камера снова наполнилась глухим стуком и шкрябаньем. Горка камней у ног Золы росла.

Ей никогда отсюда не выбраться.

– Гаран знал, – прерывающимся голосом проговорила Адри.

Зола остановилась. Гаран был мужем Адри. Именно он удочерил Золу и привез в Новый Пекин. Вскоре после этого Линь Гаран пал жертвой летумозиса. Она почти не знала его…

Ругая себя за неуемное любопытство, Зола все-таки оставила свое занятие и сменила отвертку на фонарик, который выхватил из сумрака камеры бледное лицо мачехи.

– Что ты сказала?

Адри вздрогнула и теснее прижала к себе дочь. С тех пор как появилась Зола, эти двое сидели в углу и, кажется, покидать его не собирались.

– Гаран знал, – повторила Адри. – Он ничего мне не сказал, но попросил заботиться о тебе, когда его забрали в карантин. Он говорил так, словно ты была самой большой драгоценностью в мире.

Адри замолчала, словно ощутив присутствие давно умершего мужа.

– И ты, я смотрю, изо всех сил старалась выполнить его последнюю просьбу, – едко заметила Зола.

Мачеха сощурилась; лицо ее исказила знакомая гримаса отвращения.

– Я не потерплю, чтобы ты говорила подобным тоном о моем муже…

– Ты не потерпишь? – завопила Зола. – Хочешь, я скажу тебе, чего я не собираюсь терпеть? Приготовься, список будет длинным!

Адри вжалась в стену. Зола вдруг поняла, что мачеха ее боится. Еще бы, ведь забитая девушка-киборг, которой она столько лет безнаказанно помыкала и использовала в качестве бесплатной рабочей силы, вдруг оказалась лунатиком – и самой разыскиваемой преступницей сразу на двух планетах.

– Но почему папа ничего не сказал? – спросила Перл. – Почему скрывал от нас?

– Наверное, знал, что вы продадите меня при первой же возможности, – ответила Зола.