– Но это же правда! Новое тело Ико просто великолепно.

Кресс одарила его еще одним выразительным взглядом.

– Так, я понял, не стоило этого говорить. Прости. Но вспомни, я тогда только что снова обрел зрение!

– И смотрел только на нее.

Торн удивленно моргнул, и его наконец осенило. К несчастью, Кресс рванула вперед прежде, чем он успел что-либо сказать.

– Проехали, – бросила она на ходу. – Давай просто…

– Прошу прощения.

На пути у них вдруг возник стражник; девушка ахнула и замерла; Торн налетел на нее и схватил за руку. Во рту у Кресс пересохло: вся в своей обиде она не заметила стражу в коридоре.

– Мы просим гостей проследовать в большой зал, чтобы успеть к началу коронации. – Стражник кивнул в ту сторону, откуда они пришли. – Прошу, вам туда.

Сердце Кресс, казалось, вот-вот выскочит из груди, но Торн, невозмутимый, как всегда, спокойно взял ее под руку и ответил стражнику дежурной улыбкой.

– Разумеется, спасибо. Мы, должно быть, не туда свернули.

Едва они скрылись за углом, Кресс отодвинулась от Торна. Спорить он не стал. В коридоре, где они очутились, было тише, чем в главном, хотя народу и тут хватало.

– Остановись, – негромко попросил Торн, и Кресс послушалась, позволяя капитану прижать себя к стене. Теперь он нависал над ней, и со стороны происходящее, наверное, напоминало любовную сцену. Мысль об этом только подогрела раздражение Кресс. Сжав кулаки, она уставилась куда-то ему в плечо.

Торн вздохнул.

– Кресс. Я знаю, что ты злишься, но можешь хоть на секунду притвориться, что это не так?

Девушка закрыла глаза и с шумом втянула воздух. Она не злится. Ей не больно. Сердце не разбито.

Когда Кресс снова посмотрела на Торна, ей очень хотелось верить, что лицо ее выражает кокетливую заинтересованность. Но капитан поднял бровь и сказал:

– Ты слегка переборщила.

И тогда Кресс заговорила, вкладывая в слова всю язвительность, которая скопилась в ее душе.

– Я, знаешь ли, тоже девушка. Пусть и не такая красивая, как Ико, или отважная, как Зола, или решительная, как Скарлет…