От отчаяния ее глаза наполнились слезами.

— Пожалуйста, Юлиус, я…

— Не бойся. У меня есть парочка дел, я буду занят до позднего вечера. Но потом я вернусь к тебе и останусь здесь, пока все не уляжется.

Он взял с полки большую бутылку воды и упаковку шоколадных кексов, открыл бутылку и засунул в нее длинную пластмассовую трубку, чтобы Мина могла через нее пить. Упаковку с кексами он тоже открыл.

— Смотри, не переверни бутылку. Этого должно хватить, чтобы ты тут не умерла с голоду до моего возвращения, — сказал он и состроил гримасу. — Если они меня не поймают. Тогда я задержусь немного дольше. Поэтому пожелай мне удачи!

Он вышел, не дожидаясь ответа.

Глава 51

Глава 51

Старый склад светился яркими огнями лазерных проекторов, которые отбрасывали на стены анимированные изображения фантазийных существ. Столы длинными рядами стояли на голом бетонном полу. Сотни ноутбуков отбрасывали тусклый свет на лица сидевших перед ними людей, внимание которых было приковано скорее к мониторам, чем к большой сцене в передней части огромного зала. Там рабочие заканчивали последние приготовления перед началом шоу. Стражники в кольчугах и шлемах из жести стояли по сторонам от входов и мрачным взором осматривали помещение, держась за свои в человеческий рост алебарды, которые, в случае чего, им скорее помешали бы.

Айзенберг сидел с Варнхольтом и Морани за столиком в центре зала. Несмотря на то что он поставил перед собой ноутбук, было заметно, что он не вписывается в эту массовку — словно он в костюме орка заявился на венский оперный бал. Клаузен и двое спецназовцев накинули на себя костюмы стражников и заняли позиции у входов и запасных выходов. Двое других оперативников ждали снаружи.

— Вам никто не кажется подозрительным? — спросил Айзенберг.

Морани помотала головой.

Она внимательно изучала новых гостей, которые один за другим появлялись из дверей, озирались вокруг и устремлялись к одному из столиков. Некоторые позаботились о костюме, однако большинство было одето в джинсы или штаны цвета хаки и толстовки. Почти у всех были рюкзаки или сумки с ноутбуками. Никому нельзя было дать больше тридцати. Мужчин было значительно больше. Никто не изъявлял желания подсаживаться за столик к Айзенбергу.

Если преступник был в этом помещении, то заметить его было невозможно. Была надежда, что тот выдаст себя странным поведением, заметив Айзенберга. Однако пока что ничего странного главный комиссар не увидел. В мерцающем свете экранов и проекторов рассмотреть лица входивших не получалось.

Возможно, их затея обернется полным провалом. Насколько логичной вначале ему показалась мысль Варнхольта, настолько ничтожным представлялся сейчас шанс, что преступник появится здесь. Он наверняка понимал, что полиция предугадает его приход сюда. Кроме этого, зрелищных мероприятий хватало и без того. На следующей неделе должна была состояться конференция министров иностранных дел стран — членов ЕС, которую, однако, так оберегали, что террористу-одиночке вряд ли удалось бы использовать ее для своих целей. Через две недели планировался Берлинский марафон, на котором, несмотря на усиленные после теракта в Бостоне меры безопасности, вряд ли удастся избежать инцидента, если кто-то вознамерится использовать это масштабное событие как сцену для своего шоу. Другими возможными целями были Берлинале и обычные массовые мероприятия — концерты, премьеры мюзиклов и театральных постановок, выставки и показы. В общем, их было слишком много, чтобы все держать под контролем.