Дом замер. Тлеющий кончик его сигары вспыхнул. Затем агент пришел в действие. Резко взмахнул рукой за спиной Гейба и впился крепкими пальцами ему в плечо. Гейб напрягся, его тело просчитывало варианты действий: бросок внутрь, приставить локоть к горлу, переместить вес, чтобы не упасть, ведь внизу он не сможет воспользоваться своим ростом и Дом окажется в преимуществе…

Тут он понял, что Доминик смеется.

— Матерь… — начал Гейб.

— Гейб, все хорошо. Ты психованный, но мне нравишься. — Доминик ухмылялся, держа сигару у рта. — Место отличное. Я просто дурачился. Брось. Давай осмотрим помещение изнутри.

Висячий замок выглядел ржавым, но открылся без возражений, пустив их в недра конспиративной квартиры.

Та тоже выглядела хорошо обороняемой: просторный подвал, обзору мешали лишь несколько колонн, деревянные ящики свалены в углу. Одна дверь вела в узкий коридор, дверь на лестницу слева — легко охраняемая, кладовка справа. Дом проверил выходы и вентиляцию.

— Вроде неплохо.

Наверху, возле главной лестницы лабиринты комнат: все нежилые, в разных стадиях обветшания. Когда-то тут было красиво, до какой-то революции.

— Почему здесь никто не живет?

Гейб покачал головой.

— Все здание весной идет под снос.

— Проблемы с несущими конструкциями? — спросил Дом, отрывая от стены длинный кусок штукатурки.

— Ничего подобного, — ответил Гейб. — Просто построят здесь что-то еще.

— Бюрократия. Жаль, красивое старое здание.

Безбилетник в голове Гейба дернулся.

— Все хорошо?

Несколько месяцев назад Гейбу было бы худо. Тогда это мелкое движение отозвалось бы в нем болью. Хотя ему было неприятно это признавать, похоже, он уже привык справляться с этим засранцем. Либо так, либо безбилетник — этот тупой элементаль, застрявший в его голове, — наконец-то принял план Гейба «не дать списать себя со службы по причине упадка психического здоровья».

И все же нет смысла его игнорировать.

— Пойду проверю крышу, вдруг первая команда что-то упустила.

Дом сунул голову в дверной проем с надтреснутым косяком.