Алистер выдохнул через нос.

— Полагаю, он хочет участвовать, но окончательный выбор за ним. В отличие от некоторых, мы ни к чему не принуждаем. — Он едко улыбнулся. — А теперь, пожалуйста, подготовьте инструменты, думаю, я нашел подходящий отрезок...

— Так вы собираетесь возглавить ритуал? — спросила Надя.

— Ну, не думаю, что русским уместно возглавлять ритуал для задержания агента ЦРУ, выполняющего операцию по спасению. — Алистер щелкнул кончиком зонта по каменному полу. — Это вопрос приличий.

Джордан вздохнула.

— Мне плевать на ваши дурацкие западные приличия. Давайте просто покончим с этим.

— Стойте. Я здесь.

Танино внимание переключилось на дверь. Гейб протиснулся мимо Джордан, его лицо раскраснелось, блестящие от пота волосы прилипли ко лбу. Узел в Танином животе развязался.

Свечи мерцали, пока Гейб пробирался в комнату и раскладывал аэронавигационную карту в центре круга. Таня подошла к нему и закусила губу. Красные печати «секретно», поспешные карандашные пометки, переписанные из засекреченных источников... Она убедила Гейба выдать государственные тайны. Она должна быть в восторге. Но чувствовала лишь мрачное бремя поставленной задачи. Чем больше Носителей соберет Пламя, тем ближе оно подойдет к реализации своих жутких планов.

— Итак, — сказал Алистер, — мы как раз обсуждали, кто должен возглавить нас сегодня.

Гейб кивнул Алистеру, затем оглядел собравшихся. Выставил вперед подбородок и встретился взглядом с Таней.

— Может, Таня возглавит?

Присутствующие повернулись к ней. Таня задрожала всем телом. Дедушка не готовил ее ни к чему столь огромному и решающему. Магия Льда лишь слегка подталкивала здесь и там — уверенной рукой, направляющей на верный путь. Она не была твердым кулаком, с которым не поспоришь.

Но именно им они должны стать сейчас.

Таня опустила сумку на пол, кристаллы и камни зазвенели. Ее взгляд упал на Надю, но напарница никак ее не подбодрила. Они были близки, но никогда не подбадривали друг друга. Так же, подумала Таня, как и Лед.

***

Соколов склонился в раздумье над доской, и Дом гадал, видит ли тот ловушку. Первую партию Дом проиграл, вторую выиграл — как он считал, из-за усталости Соколова, но ему хотелось победить заслуженно. «Никогда не полагайся на ошибку противника», — учил его дедушка. Пока Дом ждал, он раздумывал, удастся ли ему когда-нибудь вернуться во Флориду. Так или иначе. Ему не слишком-то нравился штат. Но все где-то проводят детство — бессмысленно давать волю ностальгии.

Он думал, что на этот раз заманил русского в ловушку, с виду подставив своего коня под удар слона и ладьи Соколова. Коня защищала ладья Дома, но Соколов мог согласиться на размен, сохранявший ему материальное преимущество — если не заметит, что ход ладьей повлечет за собой шах. Если Соколов съест коня слоном, Дом возьмет того своей ладьей, и тогда связанная ладья[79] Соколова тоже окажется под ударом, а если Соколов попробует взять коня ладьей, тут-то ловушка и обнаружится, но Дом хотя бы ускорит темп.