– Мой тан, – впервые заговорил шофер, – над нами летит какой-то авиак. Судя по тому, что он что-то чирикает, у него к вам дело.

– Останови, – приказал я, сжимая рукоять револьвера.

Авиак опустился рядом со стимером почти сразу. Чичири, небольшой, молодой, тощий воробей, острый клювик, расцветка черно-бело-коричневая, мимика пугливая, обыденная для этого подвида. На нем форма посыльной службы Скоальт-Ярда.

– Митан! Митан л’Мориа!

– Это я.

– Конечно, это вы! – взволнованно чирикнул он. – Вам послание! Прошу! Послание!

– Неужели?

Себастина передала мне конверт.

– Мне было поручено перехватить вас в здании Парламента, мой тан! Но, но, но вас не оказалось! Тогда я отправился по адресу проживания, но милая девушка в очках сказала, что вас и там нет!

– Как интересно. – Я распечатал конверт и достал письмо.

– А, а, а потом я начал метаться по городу! Я искал вас! К счастью, я узнал ваш стимер!

– Очень кстати… Как тебя зовут, покоритель небес?

– Монро! Монро Хо…

– Отправляйся обратно, Монро, и скажи начальству, что в этом месяце тебе полагается премия за старание и переработку. И добавь, что тан л’Мориа проверит. Лично. Лети.

– Спасибо, митан! Огромное! – Воробей взмыл ввысь.

– Едем в Скоальт-Ярд. Оказалось, что я должен быть сейчас там. У госпожи Уэйн что-то настолько срочное и важное, что она не может доверить это бумаге и нашим посыльным. А ведь некоторые из них по-настоящему старательны. Это странно.

– Странно, что у нас есть старательные посыльные?

– Странно, что госпожа Уэйн уже давно украдкой подсунула мне прошение о декретном отпуске. Думала, что я не замечу его в той кипе бумаг, которые мне приходится постоянно просматривать и подписывать.

– Ребенок родится вне брака.

– Они тайно обвенчались в храме человеческого божка уже полгода как. Их брак зарегистрирован.