– Это платье… Оно было не от Версаче.

– ?!

– Да-да. Мать Павловской купила его на распродаже в «Универбыте». Китайское производство. Дешевая подделка. Я это знала, но решила промолчать. Теперь я понимаю, что поступила низко. Сможете ли вы меня простить?

Всеобщий хохот был ей ответом…

Ближе к полуночи гости засобирались домой. Вечер, вопреки ожиданиям, прошел замечательно. Андрей провожал Дубровских до машины. Вероника Алексеевна уже села в салон, Елизавета, разумеется, задержалась.

– Помнишь о том обещании, которое ты мне дала этим летом? – спросил ее Мерцалов.

Конечно, Дубровская помнила ту лунную ночь и тихий вопрос, на который она не смогла и не хотела ответить отказом. С той поры и появилось у нее на пальце изящное колечко с бриллиантовой дорожкой, как символ их скорой свадьбы.

– Я думаю, теперь, когда все закончилось, мы можем быть вместе, – продолжил он.

– А как же бриллиантовые слезы? – лукаво спросила Дубровская. – Их не будет?

– Будут, – пообещал он. – Но только от счастья. И еще…

Его тон стал вдруг деловым, будничным. Лиза насторожилась. Неужели он будет диктовать ей условия?

– У меня есть к тебе огромная просьба.

– Да?

– Я хочу, чтобы ты опять занималась уголовными делами. Арбитраж для тебя слишком опасен.

– Ты думаешь, я буду возражать? – рассмеялась она и поцеловала его в щеку. – Мне пора!

– Как жаль, что у меня нет повода тебя оставить! – огорчился Мерцалов.

– Скоро у тебя такой повод появится, – пообещала Лиза. – Причем железный!

Она села за руль и помахала ему рукой, но не успела отъехать, как Андрей отчаянно забарабанил ей в стекло.

– Что случилось? – испугалась она.