Поведение Кольцовой внушало ему вполне обоснованные опасения. Она явно преследовала его.

Как-то раз, когда он стоял в больничном холле, перебирая журналы, она появилась рядом, причем так незаметно, что он невольно вздрогнул. Заметив его реакцию, она не смутилась.

– Как самочувствие? – спросила она, уставившись на его перебинтованную руку.

– Хорошо, – односложно ответил он.

– А чем вам мешало родимое пятно? – спросила она.

Он мысленно чертыхнулся. Значит, она все-таки заметила в прошлый раз его особую примету. Значит, ему не показалось.

Отпираться было бессмысленно.

– Причин особых не было. Просто захотелось избавиться.

Она смотрела на него так, словно не верила ни единому его слову.

– А вы – таинственная личность, – сказала она. – Сидите в своей палате, как затворник. Сестрички вашу палату обходят стороной. Даже операцию вам сделали ночью. Вы что – шпион?

Ян кисло улыбнулся, хотя в его душе начиналась тихая паника.

– Вы очень наблюдательны, – выдавил он через силу.

– Профессия такая, – отмахнулась она. – Все видеть, все слышать, все вынюхивать.

– И что же, с позволения сказать, вы собираетесь вынюхивать здесь? Или это тайна?

– Тайны особой нет. Если вас интересует, пожалуйста – тайны пластической хирургии. Звучит?

– Очень интересно. Но это, как я понимаю, программа для женщин? Как поправить изъяны фигуры? Дает ли эффект откачивание жира с ягодиц? В каком возрасте лучше сделать первую подтяжку?

Она презрительно поджала губы.

– Мелко мыслите. Меня интересуют совсем другие темы. «Пластическая хирургия на службе у криминала». Звучит?

– Звучит, – пробормотал Ян.

– Делают ли хирурги тайные операции? Обращаются ли к ним за помощью преступники? Легко ли спрятать лицо за новой маской?