– Я думал, ты выберешь смокинг, а не обычный черный костюм.

– Как тебе, конечно же, известно, в церковь в смокинге не ходят, а на этой неделе Макбету нужно посетить похороны, причем не одни.

– Значит, смокинг пока брать не будете? – уточнил продавец.

– Возьмем и то, и другое, Ал.

– Позвольте вам напомнить, что если вы выбираете одежду для торжественного ужина во дворце, то заявленная форма одежды – платье и белый костюм.

– Спасибо, Ал, но это торжество будет не во дворце, а в нашей местной ратуше. А вот фрак – что скажешь? Не слишком, – Геката прищелкнул языком, – вычурно?

– Да, пожалуй, – ответил Бонус, – когда нувориши пытаются вырядиться в одежду настоящих богатеев, они становятся похожи на клоунов.

– Хорошо, значит, темный костюм и смокинг. Пошлешь портного в «Инвернесс», Ал? Все за мой счет.

– Конечно, все сделаем в лучшем виде.

– Ну, а теперь нам нужен смокинг для этого господина.

– Для меня? – удивился Бонус. – Но у меня есть прекрасный…

– Да, я его видел, и поверь мне, тебе нужен новый.

– Правда?

– Твое положение, Бонус, требует безупречной внешности, а ты, ко всему прочему, еще и работаешь на меня.

Бонус не ответил.

– Подберешь нам смокинг, Ал?

– Разумеется! – и продавец засеменил к лестнице вниз, в магазин.

– Я прекрасно знаю, что ты сейчас думаешь, – сказал Геката, – и признаю, что, наряжая нас, я демонстрирую собственную власть, подобно королю, выбирающему униформу для солдат и слуг. Но что я могу сказать? Мне это нравится.

Старик улыбнулся, обнажив неестественно белые и ровные зубы. Интересно, свои ли? Но на этот вопрос ответа у Бонуса не было. Во всяком случае, если это вставная челюсть, то очень странная, украшенная тремя золотыми коронками.

– Кстати, о власти, – продолжал Геката, – тот красивый мальчик, который пришел тогда на торжественный ужин в «Инвернесс», – его ведь зовут Каси?