– А Алфи?

– Ах, Алфи. Это да – он живет на третьем этаже, справа. Прошу прощения, но у вас… э-хм… борода вот-вот отвалится.

– Спасибо.

По пути на третий этаж Дуфф сорвал бороду и очки. На двери справа не было никакой таблички, а кнопка звонка болталась на тонюсенькой проволочке.

Дуфф постучал. Подождал немного. Снова постучал, на этот раз громче. На первом этаже кого-то вновь шлепнули.

Он потянул за ручку. Заперто. Значит, надо дождаться, пока кто-то не выйдет оттуда? В любом случае это разумнее, чем разгуливать по улицам.

Тихий кашель. Кашляли за низенькой дверью на лестнице. Дуфф спустился на пять ступенек вниз и потянул дверь на себя. Дверь поддалась, но ее словно кто-то придерживал изнутри. Он постучался.

Но ответа не дождался.

– Эй! Эй, есть там кто-то?

Он прижался щекой к двери и затаил дыханье. Внутри тихо зашуршала бумага. Там явно кто-то прятался.

Громко топая, Дуфф спустился вниз, разулся и на цыпочках вновь прокрался наверх. Он осторожно взялся за ручку и дернул ее. Что-то оборвалось, и дверь распахнулась.

Веревочка, служившая замком.

Дуфф смотрел на свое собственное лицо.

Фотография была не особенно большой и располагалась в правом нижнем углу газеты, под заголовком.

Газета опустилась, и за ней показалось лицо старика с длинной растрепанной бородой. Штаны у него были спущены, а сам он, слегка склонившись вперед, сидел на каком-то ящике.

Сортир. Такие туалеты Дуфф видел и прежде, в старых рабочих кварталах возле реки. Теперь он понял, откуда эти шлепки – с таким звуком фекалии падали в поставленный на первом этаже резервуар. Со звуком сочной оплеухи.

– Простите, – сказал Дуфф, – вы Алфи?

Старик молча смотрел на Дуффа, а потом медленно перевернул газету, взглянул на снимок и снова перевел взгляд на Дуффа. Затем он облизнул губы.

– Громче! – сказал он, показав одной рукой на ухо.

– Вы Алфи? – повторил Дуфф уже громче.