— Эмиль умер в воскресенье вечером. Какая-то больничная инфекция… а он был очень слабенький. Нилла в него влюбилась… а он умер. Она так рыдала… и рыдала, и рыдала, а я не знал, что ей сказать… — Он всхлипнул. К горлу подступил ком.
Вендела вдруг крепко обняла его.
Он не хотел, чтобы его обнимали… эта усталая, тощая женщина… И вообще, любви в мире нет.
Они долго стояли, держа друг друга в объятиях, и дышали в одном ритме. Как будто дышал один человек.
Наконец она опустила руки:
— Мой муж уехал и увез мою собаку… я совсем одна… — Она отступила на шаг и кивнула в сторону лабиринта кустов: — Пойдемте… я кое-что вам покажу.
54
54
В понедельник Вендела звонила Максу и на мобильник, и домой. Восемь раз. На девятый он взял трубку.
— Алли должен быть здесь, Макс, — сказала она, стараясь унять дрожь в голосе. — Здесь, на острове. Со мной.
— Смотри-ка, а у меня сложилось впечатление, что он здесь, в Стокгольме.
— Ему плохо в городе!
— Посмотрим… Во всяком случае, я заказал на завтра время у ветеринара. Узнаем наконец, что с Алли.
Вендела сжала трубку:
— Алли здоров. Здесь,
— Выдаешь желаемое за действительное. Это тебе только кажется. Подумай сама, может быть, его можно и нужно лечить.
Голос Макса звучал спокойно и рассудительно, а ее с каждым словом все больше душила ярость. Она чувствовала, как он наслаждается своей властью.
Она заставила себя понизить голос:
— Привези его, Макс. Привези его сюда. Сводишь к ветеринару — и сразу приезжай.