Вендела тоже идет к себе — ей особенно нечего собирать, но две сумки все же набрались.

Внезапно тишину прорезает возмущенный крик Маргит:

— Их нет! Здесь пусто!

Вендела возвращается в кухню и видит на столе шкатулку матери. Лицо у Маргит совершенно белое от возмущения.

— Ян-Эрик украл все украшения своей покойной матери… Ты видела, когда он их брал, Вендела?

Вендела молча качает головой.

— Надо было их запереть, — огорченно говорит отец.

Он смотрит ничего не выражающим взглядом на Венделу. Она опускает глаза и почти бегом возвращается в свою комнату.

Она знает, что Ян-Эрик никаких украшений не брал, и она не верит, что он куда-то уехал. Это она его бросила, а не он ее.

Он сидел и ждал, пока не понял, что она не придет. А потом поднялся и пошел — неизвестно куда.

К эльфам. Больше некуда. Он ушел в тот мир, где всегда светит солнце.

Через час они приезжают в Кальмар. Генри просит остановить машину у ворот тюрьмы, берет свой баул и выходит.

— Спасибо, что подбросили, — мрачно усмехается он.

Поднимает воротник и, не сказав Венделе ни слова, уходит. Вендела видит, как отец подходит к дежурному у ворот, и ждет, когда он оглянется.

Он так и не оглянулся.

Время идет быстро… Ян-Эрик, конечно, не появился на станции, где его ждали два санитара. Его объявили в розыск, но никто не стал особенно разыскивать слабоумного беглеца. Его так и не нашли — словно в воду канул.

Время идет… хутор продали в тот же год.

Идет время… Вендела ни разу не пришла в тюрьму повидаться с отцом.