— Я был в камере Бродерика, когда услышал шум и крики. Ведь дом, в котором находится арестант, совсем рядом с церковью. Я сразу понял: в церкви творится что-то неладное, позвал своих людей и бросился сюда. Хорошо еще, у нас были с собой луки. На ваше счастье, стрелки из Кента бьют точно в цель, — добавил он, угрюмо взглянув на меня.

— Вы спасли мне жизнь, — выдохнул я.

— Но как медведь оказался в церкви?

— Кто-то поднял дверь клетки.

— Что?

— Кто-то поднял дверь клетки, — повторил я. — Медведь загнал меня в церковь. Убегая от него, я поскользнулся и упал.

Вдаваться в подробности не было ни малейшего желания. Я обвел церковь глазами. Один из конюхов, встретив мой взгляд, смущенно отвернулся. Труп медведя лежал на почерневшей соломе, испуская вонючий дым.

Со двора доносились возбужденные голоса. Судя по всему, переполох, поднятый в церкви, перебудил половину лагеря.

Вскоре церковь наполнилась слугами и солдатами. Вокруг мертвого медведя собралась целая толпа любопытных.

— Он набросился на горбатого законника, — донесся до меня чей-то голос. — Того самого, что король поднял на смех в Фулфорде.

Сержант Ликон тоже услышал это, и на его добродушном круглом лице мелькнула тень.

— Так вы считаете, кто-то намеренно выпустил медведя? — обратился он ко мне.

— В этом у меня нет никаких сомнений, — ответил я, судорожно переведя дух. — Кто-то знал, что я буду возвращаться именно этим путем, и выжидал, когда я подойду к клетке.

Но кто он, этот неведомый враг? И откуда ему известны мои планы?

Глава двадцать седьмая

Глава двадцать седьмая

Сержант Ликон приказал одному из своих солдат проводить меня в королевский особняк. Солдат рассказал о происшествии стражнику, стоявшему в карауле у дверей. Тот провел меня в дом, попросив двигаться и говорить как можно тише, ибо король и королева уже легли почивать. Внутри особняка царила тишина, солдаты, стоявшие в карауле в коридорах, дремали, прислонившись к стенам. Тусклый свет свечей выхватывал из темноты роскошные гобелены и мебель.

Вслед за караульным я поднялся на второй этаж. Солдат постучал в дверь кабинета Малеверера.

— Войдите! — раздался низкий звучный голос.

К своему великому удивлению, я увидел в кабинете не только Малеверера, но и сэра Ричарда Рича. Оба сидели у стола, заваленного какими-то бумагами, судя по виду — купчими на землю. В заголовке одной из них я успел разглядеть выведенное крупными буквами имя: «Роберт Эск из Отона». Малеверер, поймав мой взгляд, поспешно свернул документ.