Проводив глазами всадниц, поскакавших к голове процессии, я повернулся к Джайлсу и встретил его вопросительный взгляд.

— Неужели у вас нет никаких подозрений относительно того, кто на вас покушался?

— Нет, никаких. А если бы они и были, мне следовало бы держать их при себе.

Некоторое время мы ехали в молчании.

Дорога шла слегка вверх, по обеим ее сторонам простирались топкие заливные луга. Вскоре они уступили место невозделанным заболоченным землям, на которых зеленели островки темно-коричневого тростника. Унылые окрестности оказали гнетущее воздействие на участников процессии: шум разговоров стих.

— Подобные виды нагоняют тоску, — заметил я, обернувшись к Джайлсу.

— Да, эти болота — не только унылое, но и чрезвычайно опасное место, — откликнулся он. — Смотрите, там, впереди, уже видна цель нашего путешествия.

И старик указал рукой на возвышавшийся впереди холм, увенчанный старинной церковью в окружении багряно-золотистых деревьев. По склонам холма тянулись цепочки домов.

— Вот и Хоулм.

— Вы бывали здесь?

В первый раз с тех пор, как мы выехали из Йорка, губы старика тронула улыбка.

— Еще бы нет. Я здесь родился.

Я не представлял, каким образом наша процессия взберется по склонам холма; для тяжелогруженых повозок такая задача была неосуществима. Но мы остановились у его подножия, у помещичьего дома, возвышавшегося среди отвоеванных у болот полей. Все спешились и в ожидании переминались с ноги на ногу возле своих коней. Мимо нас с грохотом проехало несколько повозок с клетками, в которых путешествовали гончие короля. Утомленные дорогой собаки лаяли и повизгивали.

— Как мы будем устраиваться на ночлег? — спросил я у Темплмена, который держал под уздцы Предка.

— Посыльные сообщат нам, где размещаться, — ответил солдат, окинув расстилавшиеся вокруг поля неодобрительным взглядом. — Место здесь сырое, — проворчал он. — Наверняка все наши тюфяки промокнут насквозь. Что ж, нам к этому не привыкать.

— Я, пожалуй, дойду до деревни, — сказал Джайлс. — Хочу в последний раз навестить места, где прошло мое детство.

— Давно вы здесь не были?

— Более пятидесяти лет. В последний раз я приезжал сюда, когда умерла моя мать.

Джайлс отвязал от седла свою трость и окинул взглядом крутой склон холма.

— Наверное, в деревне не осталось ни единого человека, который меня помнит, — вздохнул он. — Но я не могу упустить возможности навестить могилы родителей. Вы присмотрите за моей лошадью, дружище? — обратился он к солдату.