Я осторожно надавил на нее:

– Джозефина, у меня такое чувство, что между тобой и Мартином какая-то… неловкость, что ли.

Она положила тряпку на стол, а потом набрала в грудь воздуха и подняла голову.

– Я собиралась поговорить с вами, сэр, но не знала, правильно ли это будет – к тому же Агнесса Броккет была так добра ко мне…

– Слушаю тебя, Джозефина.

Служанка прямо посмотрела на меня.

– Два месяца назад я вошла к вам в кабинет вытереть пыль и обнаружила, что Мартин Броккет шарит в ящиках вашего стола. Агнессы не было дома, и он, наверное, думал, что остался один. Я знаю, сэр, вы запираете деньги в столе…

Да, деньги. И самые важные документы. У Мартина были ключи от большинства дверей в доме, но не от этого ящика и не от сундука у меня в спальне, где я держал личные вещи.

– Продолжай, – сказал я.

– Он рявкнул на меня, чтобы убиралась. Сказал, что разыскивает что-то для вас. Но, мастер Шардлейк, у него был вид человека, которого застали за чем-то нехорошим. И с тех пор меня грызет совесть.

Слава богу, подумал я, что у меня нигде ничего не записано про «Стенание»! Даже записи, сделанные в беседке, я уничтожил. А два месяца назад книга еще не пропала. Но тем не менее от этой новости по спине у меня пробежал холодок. А сколько раз стюард совал свой нос в мой стол, когда Джозефина не видела?

– Я никогда не посылал Мартина принести что-то из моего стола, – заверил я девушку. – Спасибо, Джозефина, что сказала мне. Если опять увидишь его за чем-либо подобным, сразу иди ко мне.

Деньги у меня не пропадали, подумал я. Но если не деньги, то что же искал Броккет?

– Ты правильно сделала, что сказала мне, Джозефина. А теперь пусть это будет нашей тайной. – Я неловко улыбнулся. – Но сообщай мне, если что-то подобное случится снова.

– Я сразу невзлюбила его, сэр, хотя Агнесса всегда была так добра ко мне. Иногда он очень груб с нею.

– Как это ни печально, мужья бывают грубы с женами.

– И когда он только появился в доме прошлой зимой, то постоянно расспрашивал о вас. Кто ваши друзья, кто клиенты, какие у вас привычки…

– Ну, стюарду нужно знать такие вещи. – Это была правда, и тем не менее мне стало не по себе.

– Да, сэр, это было только поначалу. И все-таки что-то в нем было такое, что вызывало во мне недоверие.

– Может быть, оттого, что он грубо разговаривал с Агнессой, которая тебе нравится?