* * *

После их ухода я еще два часа пробыл у себя в кабинете. Я закрыл ставни, взял перо, бумагу и сел думать – о датах и личностях и об исчезновении уже не одной, а двух чрезвычайно деликатных книг. Я попытался встроить рассказ Милдмора во все остальное, что мне было известно. Все вернулось к Гринингу и его кружку – кем они были и что собой представляли. Я потерял счет времени. Потом часы в инне пробили три, напомнив мне, что нужно идти. Я собрал бумаги, на которых записал самые важные пункты, направился к реке и поймал перевозчика к причалам Уайтхолла. Одежду мне опять пришлось менять в лодке. Дворцовые стражники уже начали узнавать меня – некоторые почтительно кивали, отмечая мое имя у себя в списке. А я начал осваиваться с расположением помещений во дворце: эта плотная череда необычайных строений, не похожих одно на другое, перемежалась маленькими скрытыми двориками, в которых сначала казалось так легко запутаться. Даже яркость и красота интерьеров уже казалась мне почти что обыденной, и я мог ходить по коридорам, не ожидая постоянно, что меня остановят, и не замирая перед чудесными статуями, картинами и гобеленами.

Я прибыл в кабинет лорда Парра незадолго до четырех, а вскоре пришел и он сам. Также в кабинете были Уильям Сесил и, к моему удивлению, архиепископ Томас Кранмер, замкнутый и встревоженный. Я низко поклонился ему. Парр сказал мне, что к нам присоединится королева – что она уже идет сюда.

– Я попытался уяснить, куда эти новые сведения от Милдмора привели нас, – сказал я, пока мы ждали.

– И куда же, Мэтью? – тихо, но настоятельно спросил Кранмер.

– Мне кажется, что выбор сужается.

Послышался стук в дверь, и она распахнулась. На пороге стояла Анна Герберт, сестра Ее Величества, которую я видел в замке Бэйнардс несколько дней назад. Она поклонилась, пропуская саму королеву, на которой было великолепное платье из золотистого шелка. Передняя часть платья и рукава были белыми, с изображениями маленьких золотистых единорогов. Ее лицо оставалось спокойным и сосредоточенным. За спиной у нее стояла Мэри Оделл. Мы все низко поклонились.

Королева сказала:

– Мэри, Анна, можете вернуться в мои покои.

Леди кивнули нам и удалились. Екатерина Парр посмотрела на нас четверых и глубоко вздохнула. На мгновение спокойствие покинуло ее, и она с измученным видом обратилась к своему дяде:

– В своей записке вы сообщили, что события развиваются. Вы обнаружили мою книгу?

– Нет, Кейт, но у мастера Шардлейка есть новости. – Старый лорд кивнул в мою сторону.

– Хорошие? – быстро и сосредоточенно спросила Екатерина.