Теперь денег хватало не только на квартплату и питание, но и на целую армию врачей, массажистов и логопедов. Сама Машка занималась с сыном по пять-шесть часов ежедневно, проявляя чудеса терпения и любви. В общем, все нормализовалось, только спать было решительно некогда.

В те времена Глаша принимала активное участие в жизни подруги, помогала по хозяйству и не переставала удивляться ее мужеству.

В три года Мишутка пошел, в три с половиной – заговорил. Ходил он, конечно, не слишком бойко, вперевалочку, а говорил вполне разборчиво, но медленно, тем не менее это был колоссальный прогресс. То, что сделала Маша, Глаша искренне считала чудом. В семь лет ее мальчик смог поступить в обычную школу. Чего это стоило Маше, Глафира могла только догадываться. Подруга никогда не говорила с ней на эту тему…

Глаша осторожно поинтересовалась:

– Как твой Мишутка?

– Отлично! – весело откликнулась Маша, подтаскивая к столику на пластмассовом подносике чайные принадлежности и плетенку с овсяным печеньем. Она деловито разлила чай по кружкам и уселась напротив Глаши, обхватив тонкими пальцами горячую кружку с чаем.

– У тебя действительно все хорошо? – спросила она, внимательно оглядывая Глашу.

– Конечно, – ответила Глаша бодро. – А что?

– Вид у тебя больной. Это я тебе как медик говорю, не обижайся.

Заметив удивление в Глашиных глазах, Мария негромко рассмеялась.

– Удивлена? Долго же мы не виделись. Я успела окончить медицинский институт. Диплом этим летом получила. Здесь я на стажировке, а потом попробую создать собственную практику.

– Рада за тебя! Значит, ты здесь недавно?

Маша уловила нотки разочарования в ее голосе и спросила:

– Для тебя это имеет значение?

– Вообще-то имеет, – не стала скрывать Глаша.

– Тогда могу тебя порадовать: я здесь давно. Когда училась – подрабатывала в этой клинике. Ночной сиделкой, уборщицей, нянечкой – кем придется. Мишаню с собой брала. Ему даже нравилось. Так в чем все-таки дело? Что ты хотела узнать?

Глаша подумала и выложила все начистоту.

– Здесь оперировалась одна моя знакомая. К сожалению, неудачно – она скончалась вскоре после операции. Не волнуйся, это давняя история. Ни у кого никаких претензий.

– Кто такая? – Тон Маши сменился с дружеского на деловой.

– Бэлла Райская, жена одного крупного бизнесмена.