— Что случилось?

Элли казалась бледной и расстроенной.

— Репортеры покидают город. Они думают, что история с девочкой — «утка». Завтра о ней напишет только «Газетт».

Внезапно Джулия поняла, чем обеспокоена ее сестра.

— Нужно, чтобы ты поговорила с прессой, — сказала Элли.

— Ты понимаешь, о чем просишь?

— Если о девочке не напишут в газетах, мы никогда не узнаем, кто она. Ты знаешь, что бывает с брошенными детьми. Государство поместит ее в приют и забудет о ней.

— Я научу ее говорить.

— А вдруг она не помнит своего имени? Мы должны найти ее семью.

Джулии на это нечего было возразить.

— Ладно, — проговорила она наконец.

— Я все время буду рядом.

— Спасибо. Назначь пресс-конференцию на вечер. Я покажу фотографии и объясню, что я в силах сделать.

— Прости, — сказала Элли.

Джулия попыталась улыбнуться. «Однажды я такое уже пережила. Переживу еще раз. Ради Алисы».

В полицейском участке было шумно. Десятки репортеров и фотографов устанавливали и налаживали аппаратуру.

Джулия, Элли, Кэл и Нат сидели в буфете для служащих.

— Все будет хорошо, — заверила Элли в десятый раз за последние десять минут. И Кэл в десятый раз поддакнул.

В дверях появился Эрл. Стрелки на его брюках были острее бритвы.