— А девочки?

— Остались со мной. Лайза слишком много работает. Иногда она вспоминает о том, что она мать, и приезжает к нам. Сейчас она влюблена и хочет развестись.

— Но почему ты ничего мне не сказал? Мы же на работе видимся каждый день.

— Элли, когда ты спрашивала меня о том, как я живу?

Его слова уязвили Элли.

— Я постоянно спрашиваю тебя, как дела.

— Оставляя пять секунд на ответ. И сразу же переходишь к чему-нибудь более интересному, например к своей жизни. — Он поднялся. — Не слушай меня. Наверное, мне просто нужен друг, который сказал бы мне, что все уладится. — Он снял куртку с вешалки. — До завтра.

Она смотрела на закрытую дверь, и вдруг до нее дошло.

Окружающие давно намекали на то, что она эгоистична. Но Элли всегда отметала эти намеки. Сейчас она спросила себя: «Неужели это правда?»

Она считала, что оба ее бывших мужа ушли от нее, потому что недостаточно ее любили. Но, может быть, это случилось потому, что она хотела — требовала — слишком много любви? А что она давала взамен? Она любила своих мужей, обожала их. Но все же не так сильно, чтобы поехать с Олвином на Аляску или помочь Сэмми окончить курсы водителей грузовиков. Она всегда делала только то, что хотела.

Как только Мел заступил на ночное дежурство, Элли побежала к машине и помчалась к дому Кэла. Когда он открыл ей дверь, его лицо показалось ей усталым и грустным.

— Я стерва, — жалобно проговорила она. — Ты можешь меня простить?

Он слабо улыбнулся:

— Королева в спектакле просит прощения.

— Я не королева в спектакле.

— Да. Ты стерва. — Теперь он улыбнулся во весь рот. — Всему виной твоя красота. Ты привыкла быть в центре внимания.

Она шагнула к нему:

— Я раскаиваюсь.

— Спасибо.

— Все уладится, Кэл, — сказала она. — Лайза любит тебя. Она опомнится и вернется домой.