– Я знаю. Именно это ты и сделала.

Теперь уже пришла очередь Грейс повернуться на спину. Она уставилась в потолок, ничего не видя перед собой, кроме теней. Женщина молчала, ожидая, когда заговорит ее супруг. Она не была уверена, что он соизволит это сделать, и в то же время страстно желала, чтобы он тоже почувствовал, как ей больно.

– Ты сделала это из-за Эндрю, – произнес Питер.

Миссис Лукаш удивилась, когда неожиданно почувствовала, что слезы потекли по ее щекам и закапали на подушку. Она достала салфетку из кармана ночной рубашки.

– Мне делается плохо от мысли, что он может сейчас лежать где-то мертвый, – сказала она.

– Кто? Эндрю? Или незнакомец, которого ты никогда в жизни не видела?

– Ты ничего не понимаешь.

– Эндрю возвратился в Лондон. И тебе придется с этим смириться, – сказал Питер.

– Как я могу с этим смириться, пока не услышу его голос? Почему он не отвечает на звонки? Почему он не связался с нами и не сказал, где находится?

– Ну, хорошо. А чего ты хотела достичь, позвонив в полицию и сказав, что признала человека, которого нашли на Змеином перевале? Это было глупо. Полный идиотизм. Ты сама притащила сюда полицию, так же как и эту чертову женщину.

– Не кричи на меня.

– Это действительно был полный идиотизм. Этого нам только не хватало. Как ты думаешь, что произошло бы с папой, если б этот детектив настоял на встрече с ним? Не верю, что это не пришло тебе в голову. Но нет, ты же думаешь только о себе! Тебе же надо чем-то подпитывать твои навязчивые идеи! Эндрю, Эндрю и только Эндрю – ни о чем больше ты не можешь и подумать! Ты что, сама этого не замечаешь?

Грейс поднесла салфетку к лицу. Она постаралась подавить негромкое спонтанное рыдание, не желая показывать мужу свою слабость.

– Я не меньше тебя хочу защитить Зигмунда.

– Вот только демонстрируешь ты это очень странными способами.

– Но это правда. Хочу.

– Я больше так не могу. Мне все это надоело, – с этими словами Лукаш примял подушку и отвернулся от жены, почти стянув с нее одеяло.

– Прошу тебя, не отворачивайся от меня, – попросила Грейс.

Даже не трогая его, она знала, что его тело затвердело от напряжения. Естественно, Питер испуган. Но никогда в этом не признается. Для него это тоже нелегкие времена, потому что он очень близок с отцом. С этим его супруга давно смирилась. И она совсем не хотела усложнять им с отцом жизнь. Грейс вытерла глаза и положила руку на плечо мужа. Он никак на это не среагировал. Женщина попыталась притянуть его поближе, чтобы видеть его лицо.