Кроме того, глаза закрывались сами собой.

Что будет, если Дивайн со своей семейкой выльет на него протухшую жижу, пока он спит? А если они решат опорожнить ночные горшки прямо ему на голову?

Он не обратит внимания, сделает вид, что спит.

Это должно сработать.

Устав бороться с собой, Пейс закрыл глаза и погрузился в сон.

Проснувшись, он обнаружил… всю семью в колодце, рядом с ним.

Похоже, они были потрясены не меньше его. И напуганы. Они жались к закругленной стене, стараясь держаться как можно дальше от черепа. Сам череп уже не был завален осколками фарфора, а располагался на вершине груды, лицом к ним.

Пейс быстро встал.

Дивайн и его дети молча смотрели на него.

— Что вы здесь делаете? — спросил он.

— Это ты виноват, — сказал старик. Голос у него был слабым, чуть громче шепота. — Это все твоя молитва.

— Я молил о вашей смерти. А вы все еще живы.

— Чтоб ты сдох! — выпалил карлик.

Пейс повернулся к нему.

— Заткнись, ублюдок! Ты больше не наверху. И больше не командуешь. Ты здесь, со мной. — Он перевел взгляд с карлика на Дивайна. — Если хочешь выбраться отсюда, придется сотрудничать.

Старик поскреб голову, словно его донимали вши.

— Ты меня слышишь?!

Дивайн нехотя кивнул.

— Раз уж мы тут собрались все вместе, ответь мне на несколько вопросов.

— О чем?