— Не могу сказать. Мы снова стали центром мира, и здесь проходят толпы людей.

— Много белых?

— Посмотрите вокруг, — сказал парень.

И он был прав.

После обеда они поехали к родителям Джеффа Хиллиера. Винтеру показалось, что южный Лондон стал привычен и узнаваем, если это только не было иллюзией из-за однотипности кварталов.

— А я ведь собирался сегодня остаться дома и спокойно почитать протоколы, — сказал Макдональд. — Но ты же знаешь, каково оно.

— Монотонно, — сказал Винтер.

— Это очень мягко сказано. Когда мы так долго работаем над одним делом, собирается внушительная гора бумаг. Но мозг может воспринять только ограниченный объем информации. Если продолжать работать, чутье отказывает.

— Ты веришь в чутье?

Макдональд рассмеялся — коротко и жестко, как будто кто-то процарапал крышу.

— Ты сам-то зачем в Лондон приехал? Чутье — это, может, самое главное в нашей работе. Интуиция, умение воспринимать несформулированное — мгновенно или постепенно.

— Да, положенными процедурами мы делаем половину дела. А дальше требуется нечто большее и совсем другое.

— Это ты верно сказал.

— Но если что-то произойдет, ты должен выезжать на место преступления?

— Мы дежурим по очереди, каждая группа одну неделю из восьми. С семи утра вторника до семи утра следующего вторника.

— Наверное, это не всегда удобно?

— Да, но мы не можем всегда караулить.

— Вы же можете быть заняты на другом деле.

— Конечно.