42

Винтер наткнулся на Бергенхема на парковке перед управлением. Он шел на работу, а Бергенхем до обеда был свободен. За спиной у него в ременной переноске сидела Ада. Винтер молча обогнал Бергенхема. Ада смотрела на него широко раскрытыми глазами.

— Мы уже встречались, — сказал Винтер.

— Не далее как вчера, — улыбнулся Бергенхем.

— Я не с тобой разговариваю, — сурово произнес Винтер.

— А-а-а… не со мной…

— И как дела? — Винтер осторожно провел пальцем по щеке малышки. Удивительное чувство — мягкая, нежная, бархатистая кожа… даже и сравнить не с чем.

— Все нормально, — сказал Бергенхем.

— Я же сказал — не с тобой разговариваю.

— Я за нее. Она потеряла дар речи. Ты произвел слишком сильное впечатление. Можешь, кстати, подержать ее немного?

— Если решусь…

— Я присяду на корточки, чтобы тебе было удобнее.

Винтер протянул руки, и Ада пронзительно заверещала.

— Не хочет, — растерялся он.

— Это она тебя испытывает. Бери, бери…

— О’кей. — Винтер осторожно взял Аду на руки. Крик тут же прекратился. — И что делать дальше?

— Ровным счетом ничего, — сказал Бергенхем.

Ада сидела у Винтера на руках и не отрываясь, серьезно смотрела ему в глаза.

— Я слышал, что молодежь в ее возрасте считает, будто это не так уж весело — спать по ночам.

— Где ты это слышал?